Это было письмо Джила к Линетт Мауэр, датированное девятым сентября. Мое внимание сразу же привлек второй абзац:
«Как вам известно, я намерен существенно сократить свое участие как в повседневном руководстве фирмой „Ревер партнерс“, так и в управлении её инвестициями. Я, конечно, не перестану оказывать консультации, имеющие отношение к трем уже существующим фондам, однако в формировании нового фонда, на который рассчитывает в будущем году „Ревер партнерс“, участия принимать не буду. Вы знаете, что за несколько последних лет мне посчастливилось создать в своей компании великолепную команду единомышленников, и я нисколько не сомневаюсь, что менеджмент Четвертого фонда будет не менее эффективным, чем трех предшествующих.
С нетерпением ожидаю личной встречи в понедельник 19-го октября. Надеюсь, что в ходе совещания и после него мы сможем более детально обсудить все интересующие обе стороны вопросы».
Под письмом стояла подпись: Джильберт С. Эпплбей III.
Итак, Джил собирается на покой! При этом он, естественно, изымет из «Био один» свою долю, которая составляет примерно двадцать-тридцать миллионов долларов. Очень интересно! И теперь, когда не стало Фрэнка, его наследником становится Арт. Арт Альтшуль.
Не удивительно, что Линетт Мауэр так разволновалась. Дама не доверяла Арту. Посетив «Био один», она убедилась, что наш Арт – пустышка и очковтиратель.
Арт Альтшуль во главе «Ревер партнерс». Чудовищно. Подобное даже представить невозможно!
Вернув письмо в папку, я продолжил поиски. Когда я включил компьютер Фрэнка и принялся размышлять, как лучше подобраться к информации, дверь кабинета открылась. Я оглянулся с виноватым видом, словно ожидал появление самого Фрэнка. Но это был Джил.
– Чем ты занимаешься, Саймон? – спросил он, сдвинув брови. – Ты торчишь здесь очень долго.
– Я ищу служебную записку, которую составил для Фрэнка. Речь в ней идет о наших инвестициях в «Нет Коп», – ответил я виновато. – Хотел проверить, нельзя ли скачать документ с компьютера.
Взгляд его маленьких карих глаз за толстыми стеклами очков сверлил меня насквозь. Джил молчал, а я сидел с видом ожидающего указаний исполнительного сотрудника. Босс наверняка знал, что творится у меня в душе.
– Не думаю, что тебе стоит копаться в компьютере Фрэнка. Ты пробыл здесь достаточно долго и, если до сей поры не нашел нужного документа, то, скорее всего, вообще его не найдешь. – Кивнув в сторону лежащего на столе Фрэнка файла «Нет Коп», он добавил: – Бери эту папку и ступай.
Я вырубил компьютер, схватил файл и, ощущая свое ничтожество, выскочил из кабинета. В будущем следует вести себя более осторожно, думал я. Джил обещал мне свою поддержку, и в ближайшие недели она может мне очень понадобиться. С моей стороны было бы крайне глупо поставить его доверие ко мне под удар.
14
В этот вечер я брел домой очень медленно, стараясь изо всех сил оттянуть возвращение в пустую квартиру. Повинуясь нелепому позыву, я по пути заскочил в роскошное здание очень дорогого супермаркета «Семь-Одиннадцать» на Чарльз-стрит и купил себе бекон, сосиски, яйца и разные приправы. Вскоре, после того как я вернулся домой, квартира наполнилась шипением гриля и сногсшибательным духом вкуснейшей еды.
Послышался звук дверного звонка. Я выругался и отправился открывать дверь. На пороге стояли Махони и другой уже знакомый мне детектив, которого сержант именовал «конником». Я пропустил их в дом.
– Прекрасный аромат, – произнес Махони, шумно втянув носом воздух.
Он выждал, словно ожидая, что я приглашу его разделить со мной трапезу. Ничего не выйдет! Весь это бекон принадлежит мне.
– Подождите минутку. Присаживайтесь, а я пока разберусь с духовкой.
Примчавшись в кухню, я отключил гриль. Ужин может подождать. Когда я вернулся в гостиную, Махони изучал письменный стол Лайзы, а его партнер переминался с ноги на ногу, стоя в центре комнаты. Парень явно нервничал. Судя по всему, его выводил из равновесия не столько я, сколько Махони.
– А я-то думал, что вы уже обыскали мою квартиру. Опасаетесь, что пропустили нечто важное?
– Мы ничего не пропустили, – ответил Махони, поднимая на меня глаза. – Отличный снимок. Значит, капитан?
Сержант держал в руках снимок, на котором был изображен я в полном парадном облачении офицера гвардии, включая ярко-красную накидку и кирасу.
Строго говоря, фотография принадлежала Лайзе. Она выклянчила её у меня, заявив, что я выгляжу на ней просто потрясающе. Однако я вовсе не был уверен в том, что Махони разделяет её точку зрения.