Я стал эмпатом.
«Я не понимаю», — призналась Зета. — «Это выходит за рамки моих знаний. Ты… чувствуешь эмоции. Это… нелогично. Но это факт».
— Мне нужно… привыкнуть, — прошептал я.
Глава 5
Утро в «Гамма-7» пахло почти забытой цивилизацией. Аромат, который теперь источал пищевой синтезатор, был не просто имитацией — это была реконструкция. Зета, получив доступ к довоенным химическим базам данных, творила чудеса из скудного набора органических компонентов. Сегодня на завтрак было нечто, до боли напоминающее омлет с поджаренным беконом. Настоящий, дымящийся, с золотистой корочкой. Маленький островок нормальности посреди океана безумия.
Дрейк уплетал за обе щеки, с наслаждением, которое было почти осязаемым. Его эмоции для меня теперь были не просто догадкой, а фоновым шумом — светло-голубое, спокойное сияние удовлетворения. Кира ела медленно, задумчиво, и ее аура была сложной, многослойной — теплое золото любопытства смешивалось с тонкими, серебристыми нитями тревоги. Она все еще переваривала наш ночной разговор о последней миссии отряда «Призрак-7».
— Знаете, — сказал я, отодвигая пустую тарелку. — Мы сидим в самой безопасной точке на сотни километров вокруг. У нас есть энергия, еда и крыша над головой. Но мы слепы.
Дрейк поднял на меня взгляд, вытирая рот тыльной стороной ладони.
— В смысле? У меня вот зрение — хоть блоху подкуй на лету. Да и ты, думаю, не жалуешься.
— Я не про то, — я обвел рукой пространство. — Мы не знаем, что там, за стенами этого бункера, за этими горами. Где гнезда мутантов, где зоны аномальной активности, где могут быть другие выжившие или… враги. У Зеты нет этих данных. Карты сорокалетней давности бесполезны. Мы сидим в крепости, но не знаем, что творится за ее стенами. Пора это исправить.
— Разведка? — в глазах Киры вспыхнул интерес.
— Именно. Завтра на рассвете поднимаем «птичку». Начнем с малого радиуса, километров пятьдесят, и будем наматывать круги по расширяющейся спирали. Составим подробную карту местности. Отметим все: источники радиации, аномалии, скопления мутантов, руины, которые могут представлять интерес. Нам нужна информация. Информация — это жизнь. Сегодня — последний день отдыха и подготовки.
План был простой и логичный. Все с ним согласились. После завтрака мы, по уже сложившейся традиции, направились в тренировочный зал. Но сегодня все было иначе.
Я вышел на маты, и мир вокруг меня заиграл новыми, слишком яркими красками. Я видел не просто Дрейка и Киру. Я чувствовал их. Намерение Дрейка атаковать вспыхнуло в его сознании за долю секунды до того, как его мышцы начали сокращаться — резкий импульс, направленный в мою сторону. Желание Киры провести обманный маневр было похоже на сложный, многоцветный узор, который я мог прочитать, как открытую книгу.
Это был больше не спарринг. Это была пытка.
Дрейк, как и в прошлый раз, попытался задавить меня скоростью и аналитикой. Но я видел каждое его просчитанное движение еще на стадии зарождения мысли. Я уклонялся не от его кулака, а от его желания ударить. Я блокировал не его ногу, а его решение провести подсечку. Я двигался с ленивой, почти оскорбительной грацией, опережая их на шаг, на два, на вечность.
Это было нечестно. Это было скучно.
Через десять минут этого издевательства я просто остановился посреди зала. Они замерли, тяжело дыша, не понимая, в чем дело.
— Все, — сказал я. — Хватит.
— Что такое, Макс? — Дрейк был озадачен. — Выдохся?
— Я даже не начинал, — я потер виски, пытаясь приглушить этот бесконечный поток чужих эмоций. — Моя новая… способность. Эмпатия. Я не просто предугадываю ваши действия. Я их знаю. Я чувствую ваше намерение еще до того, как вы сами его до конца осознаете. Это больше не тренировка. Это избиение младенцев. И в роли младенцев, уж извините, выступаете вы.
Наступила тишина. Кира и Дрейк переглянулись. До них дошло. Дошло, что пропасть между нами снова стала непреодолимой.
— И что теперь? — голос Киры был тихим. В ее эмоциях плескалась досада — темное, вязкое пятно.
— Теперь, — я вздохнул. — Мы будем тренироваться по-другому. Не друг против друга. А вместе. Против симуляций, которые сможет создать Зета. Против боевых дронов. Мы будем оттачивать командную работу. Потому что в реальном бою я не всегда смогу вас прикрыть.