— Угрожаешь, Макс? — она сузила глаза. В ней проснулся тот самый капитан, которого я знал. Злой и опасный.
— Нет. Говорю как есть. Я не работаю с рабами. И я не спасаю тех, кто сам выбрал цепи. Таких не спасти.
В кабинете повисла тишина. Я слышал, как гудит лампа под потолком. Слышал, как бьется её сердце — быстро, с перебоями.
«Пульс 120», — доложила Зета. — «Выброс кортизола. Она борется с собой. Страх перед ответственностью против ненависти к врагу».
— Сколько мы протянем? — спросила она наконец. Голос был тихим, но твердым. — Если они перекроют всё. Реально. Без прикрас.
— В текущем состоянии? — я пожал плечами. — Квартал. Максимум полгода, если введешь жесткое нормирование и начнешь кормить стариков через день. Потом начнется каннибализм или эпидемия. Такое было в других бункерах. Которые не встали под власть Совета.
Она закрыла глаза. Я видел, как под веками ходят зрачки. Она представляла это. Видела эти картины.
— Но это если ничего не менять, — добавил я, бросая наживку.
Она открыла глаза.
— А что можно изменить, Макс? Мы на скале. Вокруг пустошь. У нас нет заводов. У нас нет технологий.
— У ВАС нет, — поправил я. — У НАС — есть.
Я полез в карман разгрузки и достал небольшой металлический цилиндр. Тот самый, из госпиталя. Энергетический концентрат. И положил его на стол рядом с её пистолетом.
— Что это? — она нахмурилась.
— Это — твой инсулин, твои фильтры и твоя еда. В переносном смысле.
Она взяла цилиндр, повертела в руках.
— Батарейка? Ты предлагаешь нам жрать батарейки?
— Это не просто батарейка. Это технологии, Кира. То, что я нашел… то, чем я стал… это дает доступ к ресурсам, которые считались утерянными.
Я выпрямился.
— Если ты скажешь Совету «нет», я беру обеспечение Бункера-47 на себя.
Она посмотрела на меня как на сумасшедшего.
— Ты? Один? Обеспечишь пятьдесят тысяч человек? Макс, при всем уважении, ты, может, и стал суперменом, но ты не Господь Бог. Ты не можешь наколдовать еду из воздуха.
— Из воздуха — нет. Из материи — да. У меня есть доступ к производственным линиям «Гаммы-7». У меня есть чертежи модификаторов для ваших синтезаторов, которые позволят делать из подножного мха стейки. У меня есть энергия, чтобы запустить ваши старые скважины на полную мощность.
Я видел, как в её глазах загорается огонек надежды. Слабый, робкий, но живой.
— «Гамма-7»? — переспросила она. — Тот заброшенный комплекс в горах? Он же мертв сто лет.
— Был мертв. Теперь там моя база. И она работает.
Я обошел стол и встал рядом с ней, глядя на карту.
— Слушай мой план. Ты посылаешь Совет лесом. Вежливо, но твердо. Говоришь, что Бункер-47 объявляет о полном суверенитете. Они вводят блокаду. Отлично. Пусть вводят. Мы переживем первые две недели на старых запасах. За это время я и моя команда наладим поставки.
— Твоя команда? — она подняла бровь. — Дрейк?
— Дрейк. И еще пара специалистов, о которых ты не знаешь.
— Кира Стелл? — тихо спросила она.
Я кивнул. Врать сейчас было бессмысленно.
— И она. И еще кое-кто. Мы привезем вам модификаторы. Мы дадим энергию. Мы дадим технологии очистки воды, которые не требуют сменных фильтров каждые три дня. Мы сделаем Бункер автономным.
Рэйв молчала, вертя в руках цилиндр. Она просчитывала варианты. Риски.
— А взамен? — спросила она. — Что ты хочешь взамен, Макс? Власть? Стать новым диктатором?
— Мне не нужна власть, Кира. Я солдат, а не политик. Мне нужна база. Тыл. Место, куда я могу вернуться и знать, что мне не выстрелят в спину. И мне нужны люди. Не как рабы, а как союзники.
Я наклонился к ней.
— Там, снаружи, назревает война. Настоящая. Не возня за консервы, как у Совета. Эгрегор просыпается. «Проект Возрождение» строит армию киборгов. И есть вещи пострашнее. Когда начнется замес, твой Совет с его интригами сметут за секунду. Выживут только те, у кого есть зубы. И технологии.
— Я предлагаю тебе зубы, Кира. Стальные, титановые зубы.
Она посмотрела на цилиндр в своей руке. Потом на карту, где красным были отмечены владения Совета. Потом на меня.
В её глазах что-то изменилось. Усталость никуда не делась, но сквозь неё проступила та самая жесткость, за которую я уважал её как командира.
— Если я скажу им «нет», — медленно произнесла она, — они могут попытаться решить вопрос силой. У них есть военные. Наемники.