— Мы призраки, Дрейк. Забыл? Зета, режим полной тишины. Гаси активные сканеры. Работаем только на прием. Элиса, ты — наш радар.
Мы опустились ниже, скользя между полуразрушенными трубами. Я видел их внизу. Фигуры в черной броне. Киборги. Они двигались не как люди — слишком плавно и синхронно. Они не разговаривали и не отдыхали. Идеальные солдаты.
— Макс, — голос Элисы дрогнул. — Я чувствую… боль.
— Чью?
— Людей. Там, внизу. В этом секторе, — она подсветила локацию. — Это лаборатории.
Я перевел взгляд на указанный сектор. Приземистое здание без окон, окруженное тройным периметром силовых полей и автоматических турелей.
— Зета, можешь пробиться внутрь?
«Негативно. Экранирование высшего класса. Но я перехватываю обрывки телеметрии, исходящей оттуда. Макс… данные биометрии. Это не добровольцы. Это „исходники“. Они экспериментируют с генетикой».
Перед глазами поплыли строки кода, которые Зета расшифровывала на лету. Протокол «Химера». Интеграция ксено-тканей. Попытки скрестить человеческую нервную систему с технологиями Предтеч.
Уровень смертности экспериментов — 98%.
— Они ищут совместимость, — прошептала Кира, глядя на экран с ужасом медика, увидевшего вивисекцию. — Они пропускают через мясорубку сотни людей, чтобы найти одного, способного управлять Артефактом. Как Элиса.
— Они не ищут, — жестко поправил я. — Они пытаются создать. Форсируют эволюцию ломом.
Мы пролетели над грузовым терминалом. Огромные транспортники «Возрождения» стояли под погрузкой. В них загружали контейнеры. Не с ресурсами. С капсулами.
Анабиозные капсулы.
— Куда они это везут? — спросил Дрейк.
— Зета, траектории полетов транспортников. Куда ведут нити?
Карта масштабировалась. Линии маршрутов разбегались от улья во все стороны, как щупальца спрута. Они охватывали не только наш сектор. Они шли дальше, на север, на восток, в «мертвые земли».
— Они расширяются, — констатировала Зета. — Это не локальная база. Это хаб. Я фиксирую по их каналу еще три подобных сигнатуры активности в радиусе пятисот километров. Они строят сеть. Глобальную сеть контроля.
— Империя, — выплюнул я это слово. — Они строят империю на костях и микросхемах.
Внезапно Элиса вскрикнула, схватившись за голову.
— Нас заметили⁈ — Дрейк вскинул оружие к иллюминатору.
— Нет! — она часто задышала. — Нет… просто… я услышала «Голос». Другой голос. Не Артефакта из «Гаммы».
— Поясни, — я напрягся, удерживая штурвал.
— Там, в центральной башне, — она указала дрожащим пальцем на черный шпиль, пронзающий небо в центре комплекса. — Там что-то есть. Что-то, что резонирует с моими имплантами. Оно… оно поет. Песня искаженная, злая, но это песня Корабля.
Я переглянулся с Кирой.
— Еще один Артефакт? — спросила она одними губами.
— Зета?
«Подтверждаю аномальные всплески энергии в спектре „Сигма“. Это не реактор. Это… Макс, сигнатура идентична той, что была в „Гамме-7“, но с мутацией. Она активна. И она используется не как батарейка».
— А как что?
«Как усилитель. Как ментальный передатчик. Они используют его, чтобы контролировать всех этих киборгов. Это коллективный разум, Макс. Роевая структура, завязанная на инопланетный источник».
Холод пробежал по спине. Если у них есть активный Артефакт, и они научились его использовать для контроля… то любая армия, с которой мы столкнемся, будет действовать как единый организм. Без страха и сомнений, с мгновенной реакцией.
— Уходим, — принял я решение. — Мы увидели достаточно. Если мы сейчас задержимся, «Оно» в башне нас почувствует. Элиса слишком фонит.
Я развернул флаер, уводя его в крутое пике, ныряя в облака радиоактивного тумана над пустошью.
Мы летели молча. Каждый переваривал увиденное.
Картина складывалась жуткая. Мы думали, что воюем за свой бункер, за свою независимость. А оказалось, что мы — муравьи, которые делят хлебную крошку у подножия вулкана, готового взорваться.
«Возрождение» не играло в политику. Оно переписывало правила игры. Оно готовило блицкриг, который должен был закончить историю человечества и начать историю чего-то другого.
— Они не остановятся, — тихо сказал Дрейк, когда огни улья скрылись за горизонтом. — Даже если мы разобьем Совет в каньоне… эти твари придут за нами. Им нужны мы с тобой, Макс. Им нужна Элиса.
— Значит, мы ударим первыми, — ответил я, глядя на карту, которая теперь пестрела красными зонами их влияния. — Мы не будем ждать, пока они постучат в «Гамму-7». Мы нашли их сердце. И когда разберемся с Советом… мы вырежем это сердце.