Мы с Кирой переглянулись. В ее глазах я увидел тот же азарт, что и у меня.
— Пробуем, — сказал я.
Мы встали по обе стороны от огромного штурвала. Я взялся за холодную рукоять, чувствуя, как под кожей напрягаются усиленные нановолокнами мышцы. Кира сделала то же самое. Я видел в своем интерфейсе ее пульс, ее дыхание. Мы были одним целым.
«Приготовьтесь. Импульс через три… два… один… СЕЙЧАС!»
Я навалился на рукоять всем весом, вкладывая в движение всю свою сверхчеловеческую силу. Рядом, как отражение, то же самое сделала Кира. На одно мгновение не произошло ничего. А потом…
Раздался оглушительный, душераздирающий скрежет. Звук металла, который не двигался сорок лет и отчаянно не хотел этого делать. Штурвал поддался. Медленно, с невероятным сопротивлением, он провернулся на несколько сантиметров.
— Еще! — выдохнул я, чувствуя, как по спине течет пот.
Мы снова налегли. Скрежет повторился, и на этот раз штурвал провернулся почти на четверть оборота. В стене, вокруг двери, открылась щель толщиной в палец. Из нее пахнуло абсолютным холодом и чем-то еще… чем-то инородным, чужим.
«Достаточно!» — мысленно крикнула Зета. — «Сканирую через щель…»
Ее голос оборвался. Наступила оглушительная тишина, которая длилась не больше секунды, но показалась мне вечностью. А потом мой мозг взорвался.
«МАКС!!! ЗАКРЫВАЙ!!! НЕМЕДЛЕННО!!! ЗАКРЫВАЙ ДВЕРЬ!!!»
Это был не голос. Это была волна чистого, незамутненного, цифрового ужаса. Паника, возведенная в абсолют. Я никогда не думал, что ИИ, что Зета, способна на такое. В ее вопле не было логики, только первобытный, животный страх.
Не раздумывая, я бросился к штурвалу, пытаясь провернуть его в обратную сторону. Кира, бледная как полотно, сделала то же самое. Но дверь не двигалась. То ли механизм заклинило от долгого простоя, то ли сорокалетнее бездействие дало о себе знать. Мы налегли снова, но безрезультатно.
«ОНО ПОЧУВСТВОВАЛО МЕНЯ! ОНО ПЫТАЕТСЯ ПРОБИТЬСЯ! МАКС, БЫСТРЕЕ!!!» — вопила Зета в моей голове, и я чувствовал, как ее собственные защитные протоколы мигают красным, отражая невидимую атаку.
В этот момент из-за поворота коридора, громыхая гусеницами, выехал один из «Атлантов». Огромный, неуклюжий, он двигался к нам, его оптический сенсор горел красным.
— Зета! Помогай! — заорал я вслух.
Дроид, не сбавляя хода, подъехал к двери и навалился на нее одним из своих манипуляторов. Металл заскрипел и поддался. Мы с Кирой, объединив усилия с машиной, провернули штурвал в обратную сторону. Раздался глухой, тяжелый щелчок, и щель исчезла. Дверь снова была заперта.
Я отшатнулся, тяжело дыша. Зета в моей голове замолчала. Нет, она не молчала. Она выстраивала файрволы. Десятки, сотни, тысячи. Я видел, как в моем сознании возводятся стены из сияющего кода, отгораживая меня, защищая от чего-то, что успело коснуться нас из-за этой проклятой двери.
— Зета! — я почти тряс головой, пытаясь привести мысли в порядок. — Что. Это. Было⁈
Прошла минута, прежде чем она ответила. Ее голос был тихим, вычищенным от всех эмоций, но под этой ледяной гладью я чувствовал отголоски пережитого ужаса.
«Там… часть корабельной системы».
— Откуда? — спросила Кира, ее голос дрожал.
Я молча ткнул пальцем вверх, в потолок. В космос.
«Да, Макс. Оттуда», — подтвердила Зета.
— Так ты не можешь с ним договориться? Вы же… из одного теста.
«Нет», — ее ответ был категоричным. — «Это… как бы тебе объяснить… Это не просто другая система. Это враг. Скорее всего, это представитель той силы, из-за которой судно, на котором я находилась в стазисе, потерпело крушение. Мои создатели воевали с ними. Долго. И, судя по всему, проигрывали».
Я смотрел на массивную дверь, и волосы медленно начинали вставать дыбом. Мы только что постучались в гости к древнему врагу на порядки превосходящие нас по развитию инопланетной расы.
«Когда я потянулась своим сигналом через щель, чтобы просканировать содержимое, он ударил в ответ. Это не просто ИИ, Макс. Он живой. Он функционирует. И он… злой. В нем нет логики, нет протоколов. Только ненависть и желание уничтожать. Еще бы несколько секунд, и он пробил бы мою защиту. Он бы поглотил меня. А потом и вас».
Она сделала паузу.
«Никогда», — ее голос стал твердым, как алмаз. — «Никогда больше не открывай эту дверь. Я не смогу ему противостоять в прямом столкновении. Не сейчас. Он сильнее. Древнее. Это враг. Не только мой. Не только твой. Это враг всего живого. И как его смогли захватить и доставить сюда, в этот богом забытый бункер… вот в чем главный вопрос. Мне нужно… мне нужно рыться в архивах. В самых глубоких, самых зашифрованных. Должен быть ответ».