Утром, около восьми часов, я отправился в столовую. Огромное помещение на первом уровне жилого блока, где кормили несколько сотен человек одновременно. Длинные столы, скамейки, стойка с пищевыми синтезаторами у дальней стены.
Как только я вошел, в поле зрения начала всплывать информация.
— В столовой сорок три человека, — сообщила Зета. — Провожу идентификацию известных личностей.
Глава 5
Над головами некоторых людей появились полупрозрачные метки с именами и краткой информацией. Дрейк за угловым столиком — пульс спокойный, легкое похмелье. Рыжий у стойки — повышенная нервозность, вероятно, планирует новую вылазку. Паук, Ворон, еще несколько знакомых утилизаторов.
— Анализ биометрических данных показывает общий уровень стресса выше обычного, — продолжила Зета. — Люди обеспокоены состоянием энергосистем.
Я прошел к стойке, взял поднос и встал в очередь к пищевому синтезатору. Когда подошла моя очередь, я заказал стандартный завтрак — белковую кашу, синтезированные овощи, чашку кофе.
Пока синтезатор готовил заказ, я посмотрел на его корпус и замер. В моем сознании развернулась полная диагностическая схема устройства.
— Пищевой синтезатор модели ПС-12, — пояснила Зета. — Проектирование довоенное, но этот экземпляр послевоенной сборки. Провожу дистанционную диагностику… готово. Результаты неутешительные.
В моем поле зрения засветились красным несколько критических узлов. Система фильтрации работала на тридцати процентах мощности — засоры и износ мембран. Молекулярный преобразователь перегружен — три из пяти матриц вышли из строя. Блок питания нестабилен — скачки напряжения.
— Это же катастрофа, — пробормотал я, глядя на мигающие предупреждения. — Удивительно, что эта штука вообще еще работает.
— Работает из последних сил, — подтвердила Зета. — Еще неделя-две, и синтезатор откажет полностью. Ремонт возможен, но потребуется замена нескольких ключевых компонентов.
Синтезатор выдал мой заказ с натужным гудением. Я взял поднос и отправился к столику, где сидел Дрейк. По пути мысленно прикидывал, как можно починить синтезатор, не привлекая внимания.
— Выглядишь свежим, — заметил Дрейк, когда я сел напротив. — Я вот всю ночь ворочался — снились мутанты из Цитадели.
— Привыкай, — усмехнулся я, пробуя кашу. Она была, как обычно, безвкусной, но питательной. — В нашей работе кошмары — профессиональное заболевание.
— Легко тебе говорить. Ты хоть спокойно спишь после таких вылазок.
Я промолчал, сосредоточившись на еде. В голове роились мысли о синтезаторе. Как его отремонтировать, чтобы не вызвать подозрений? Нельзя просто подойти и начать ковыряться — это сразу привлечет внимание технического персонала. Нужен предлог…
— Зета, а можно починить синтезатор удаленно? — мысленно спросил я.
— Зависит от того, что именно чинить, — ответила она. — Физические поломки, вроде замены деталей, требуют прямого доступа. Но я могу провести программную оптимизацию, перенастроить параметры работы, компенсировать износ компонентов за счет более эффективных алгоритмов. Это продлит жизнь устройству на несколько месяцев.
— И как это сделать?
— Мне нужно подключиться к управляющему блоку синтезатора. Ты можешь просто прикоснуться к корпусу в месте, где технический разъем. Модуль удаленного подключения у него либо не подключен, либо вышел из строя — я через разъем установлю беспроводное соединение. Дальше можно работать без контакта.
Звучало просто. Я доел кашу, встал и направился к стойке якобы за добавкой кофе. Подойдя к синтезатору, небрежно оперся рукой о его боковую панель.
— Установка соединения, — сообщила Зета. — Получен доступ к управляющему блоку. Начинаю диагностику… анализ завершен. Провожу оптимизацию программного обеспечения.
В моем сознании замелькали строки кода, схемы, диаграммы. Зета работала с невероятной скоростью, переписывая алгоритмы работы синтезатора, настраивая параметры, перераспределяя нагрузку между уцелевшими компонентами.
— Оптимизация завершена, — доложила она через пару минут. — Эффективность работы повышена на сорок процентов. Износ критических узлов снижен путем перераспределения нагрузок. Прогнозируемый срок службы до полного отказа — четыре месяца вместо двух недель.
— Отличная работа, — мысленно похвалил я, наливая себе кофе и возвращаясь к столику.
— Это мелочи, — в голосе Зеты слышалась какая-то будничность. — Я же теперь в тебе, в носителе. Моя функциональность возросла в разы по сравнению с автономным режимом. Симбиоз дает огромные преимущества.