— Кто?
— Неизвестно. Но технология определенно связана с Эгрегором. Или с тем, что от него осталось.
Мы были уже метрах в ста от аномалии, когда мутанты наконец заметили нас. Первым отреагировало высокое худое существо — того же типа, что мы видели в Цитадели. Оно повернуло голову в нашу сторону, и его черные глаза уставились прямо на меня.
А потом издало пронзительный вопль.
Десятки мутантов мгновенно переключились на нас. И бросились в атаку.
— Контакт! — рявкнул Ворон, открывая огонь.
Первая волна тварей накрыла нас через секунды. Я выпустил короткую очередь в ближайшего мутанта — крупного, массивного, с костяными наростами на груди. Пули попали точно в голову, разнося череп в кровавое месиво. Тварь рухнула, но на ее место уже бежали другие.
— Зета, помогай! — мысленно приказал я.
— Активирую боевой режим, — откликнулась она.
В моем поле зрения мгновенно высветились десятки меток, отмечающих врагов. Каждый мутант получил свою метку с указанием слабых мест, траектории движения, вероятного поведения. Время словно замедлилось — не физически, а в моем восприятии. Зета ускорила обработку информации мозгом, позволяя мне видеть и реагировать быстрее.
Я развернулся, уходя от прыжка одной твари, и в движении выпустил очередь в другую. Обе упали. Подсечка третьему мутанту, который попытался атаковать сбоку. Выстрел в упор четвертому.
Движения были текучими, почти танцевальными. Боевые искусства, которые Зета загрузила в мою память, работали в полную силу. Тело двигалось само, без сознательного контроля — блок, удар, выстрел, уклон, снова выстрел.
— Макс, как ты это делаешь⁈ — крикнул Дрейк, отстреливаясь от своей группы мутантов.
Я не ответил, сосредоточившись на бою. Еще один мутант сверху — прыгнул с развалин старого здания. Я перекатился в сторону, и тварь врезалась в землю там, где я стоял секунду назад. Выстрел в затылок. Мутант затих.
Ворон и Рыжий тоже сражались, но их движения были медленнее, менее координированными. Разница между нами сейчас была очевидна.
— Слева! — предупредила Зета.
Я развернулся как раз вовремя, чтобы увидеть огромную тварь, чуть ли вдвое больше остальных. Трехметровый монстр с массивными руками-лапами и пастью, полной острых зубов. Он ревел так громко, что воздух вибрировал.
— Анализирую… Это альфа-особь. Усиленная мускулатура, плотная кожа, повышенная регенерация. Рекомендую целиться в глаза или горло.
Я перезарядил карабин и выпустил очередь прямо в пасть твари. Пули ушли глубоко, кровь брызнула фонтаном. Но монстр даже не замедлился. Он замахнулся огромной лапой, и я едва успел отскочить. Удар пришелся по земле с такой силой, что на ней появились отметины от когтей.
— Обычное оружие малоэффективно, — констатировала Зета. — Нужен более мощный подход.
Я заметил на разгрузке Дрейка гранату и крикнул:
— Дрейк! Гранату сюда!
Он метнул ее, не задавая вопросов. Я поймал на лету, выдернул чеку и бросил прямо в пасть альфа-мутанту, который снова разинул ее для рева.
Взрыв разнес голову твари изнутри. Массивное тело еще секунду стояло, словно не понимая, что произошло, а потом рухнуло наземь с глухим стуком.
— Красиво, — одобрил Ворон, расстреливая очередную группу обычных мутантов.
Но их было слишком много. Волна за волной накатывали на нас, не давая передышки. Патроны таяли с пугающей скоростью.
— У меня последний рожок! — крикнул Рыжий.
— У меня два! — добавил Дрейк.
— Мне нужно дойти до аномалии, — сказал я. — Прикройте!
Я рванул вперед, прорываясь через толпу мутантов. Зета выдавала команды на автомате — уклон, выстрел, блок, удар, снова выстрел. Мое тело превратилось в машину для убийства, безупречно выполняющую каждую команду.
Пятьдесят метров. Сорок. Тридцать.
Аномалия становилась все ближе. Я чувствовал ее энергию кожей — покалывание усиливалось, волосы вставали дыбом от статического электричества.
Двадцать метров.
Огромный мутант — еще одна особь, похожая на предыдущую альфу — загородил путь. Я не стал тратить время на перестрелку. Просто ускорился и в прыжке врезался в тварь плечом, используя всю силу, которую дала мне Зета. Мутант отлетел в сторону, сбитый с ног. Я перепрыгнул через него и побежал дальше.
Десять метров.
Воздух вокруг аномалии вибрировал. Пространство искажалось — прямые линии становились кривыми, цвета сменяли друг друга в невозможных комбинациях.