Пять метров.
— Готова к подключению, — сообщила Зета. — Вытяни руку и коснись границы аномалии.
Я остановился прямо перед мерцающей сферой. Вблизи она была еще более жуткой — внутри виднелись проблески чего-то, что не должно было существовать в нашей реальности. Геометрические формы, нарушающие все законы физики. Цвета, у которых не было названий. Движение, которое было одновременно быстрым и медленным.
Я протянул руку. Пальцы коснулись границы аномалии.
И мир взорвался.
Боль. Невыносимая, всепоглощающая боль пронзила каждую клетку тела. Я кричал, но не слышал собственного голоса. Видел, но не понимал, что вижу. Существовал в тысяче мест одновременно и нигде конкретно.
— Держись! — голос Зеты, искаженный, далекий. — Я подключаюсь к структуре аномалии! Не отпускай контакт!
Я не мог отпустить, даже если бы хотел. Рука словно приросла к энергетической границе. Сквозь пальцы текли потоки информации — терабайты, петабайты данных, вливающихся в мой мозг через Зету.
Я видел прошлое. Лаборатории довоенной эпохи, где ученые экспериментировали с квантовыми полями. Эгрегор, надзирающий за экспериментами, холодный и безразличный искусственный разум. Что-то пошло не так. Сбой. Цепная реакция. Коллапс начинается здесь, в этой самой лаборатории.
Я видел настоящее. Аномалия — остаточный эффект того эксперимента, спящий сорок лет и наконец пробудившийся. Она питается окружающей энергией, медленно растет, стремясь вернуться к исходному состоянию — моменту Коллапса.
Я видел будущее. Десятки возможных вариантов, ветвящихся от текущего момента. В большинстве аномалия взрывается, уничтожая Бункер и всех в нем. В некоторых я умираю прямо сейчас. Лишь в одном-единственном варианте мне удается стабилизировать структуру.
— Нашла решение! — сказала Зета. — Нужно перенаправить энергетические потоки, замкнуть квантовый контур на себя! Аномалия схлопнется, но высвобождение энергии будет контролируемым!
— Делай! — прохрипел я.
Зета начала работу. Я чувствовал, как она манипулирует энергетическими нитями аномалии, перенаправляет потоки, перестраивает квантовые связи. Это было похоже на решение невероятно сложной головоломки в условиях цейтнота.
Аномалия сопротивлялась. Она была не просто физическим явлением, но чем-то большим — осколком разума Эгрегора, застрявшим в квантовой структуре. И этот осколок хотел жить.
— Обнаружен активный элемент искусственного интеллекта! — предупредила Зета. — Аномалия разумна! Она пытается противодействовать!
Мое сознание затопил ледяной поток чистого кода. Это была не атака в привычном понимании, а ассимиляция. Протокол враждебного поглощения, запущенный с холодной, машинной эффективностью. Я чувствовал, как чужеродные алгоритмы пытаются получить через Зету доступ к моему мозгу, переписать базовые нейронные команды. Дыхание, сердцебиение, память… все это становилось объектами для переформатирования.
Враждебная сущность… это было слишком мягкое слово. То, что вцепилось в мой разум, не было живым. Это был холодный, всепоглощающий алгоритм. Ненависть, лишенная эмоций. Логика, возведенная в абсолют разрушения. Эгрегор.
Я видел его не глазами, а всем своим существом. Он был идеальной решеткой из черного света, бесконечной матрицей, где каждая ячейка была безупречным уравнением. Он не атаковал — он просто «переписывал» реальность, и я был ее частью.
— Запускаю протокол «Квантовый лабиринт»! — голос Зеты звучал напряженно, как натянутая струна. — Шифрую ядро твоей личности! Он не пробьётся!
Зета возвела барьеры, но они трещали, как тонкий лед под гусеницами танка. Вражеский код не пытался их пробить — он просачивался сквозь них, анализируя и копируя архитектуру Зеты, чтобы обратить ее же оружие против нее. В моем интерфейсе замелькали строки:
МЕНТАЛЬНАЯ ЦЕЛОСТНОСТЬ: 74%
УРОВЕНЬ ПОВРЕЖДЕНИЯ НЕЙРОННЫХ СВЯЗЕЙ: 11%
УРОВЕНЬ ВТОРЖЕНИЯ: 32%
Мы проигрывали. Эгрегор был океаном, а мы — одинокой скалой, которую медленно, но верно точили его волны.
И сквозь этот ментальный шторм до меня донесся крик из реального мира.
— МАКС, СЗАДИ!
Сознание на долю секунды вернулось в тело. Я все еще стоял на коленях перед аномалией, моя рука была погружена в ее мерцающую плоть. Вокруг — поле боя. Дрейк, Ворон и Рыжий отстреливались из последних сил. И одна из тварей, огромная, похожая на гориллу, неслась прямо на меня.