Я мгновенно среагировал.
— Кира, за мной! Быстро!
Я толкнул ее за большой валун, а сам присел рядом, вскидывая карабин.
Из-за холма выскочили они. Мутанты. Четверо. Не киборги, нет. Обычные, оголодавшие твари. Худые, с ввалившимися боками и безумными от голода глазами. Они бежали не строем, а беспорядочной стаей, спотыкаясь, но не сбавляя скорости. Они учуяли добычу.
Я мог бы расстрелять их из карабина. Легко. Но выстрелы привлекут внимание, в том числе и патрулей Бункера. Начнутся вопросы. Почему мы отошли от маршрута? Почему на нас напали так близко к базе?
Нет. Нужно было действовать тихо.
— Зета, боевой режим. Ускорение восприятия на максимум.
Мир замедлился, превратившись в вязкий кисель. Рев мутантов стал протяжным, низким гулом. Я видел каждое их движение, каждый напрягшийся мускул, каждый оскаленный клык.
Я убрал карабин в пространственное хранилище и выхватил нож.
Первый мутант был уже в пяти метрах. Он прыгнул, разинув пасть. Я шагнул в сторону, пропуская его мимо. Моя рука с ножом метнулась вперед, и лезвие вошло ему точно в основание черепа, перерезая спинной мозг. Тварь рухнула на землю без единого звука.
Второй и третий атаковали одновременно, с двух сторон. Я пригнулся, проскальзывая под занесенной лапой одного, и полоснул его по подколенным сухожилиям. Он взвыл и рухнул на колени. Разворот. Нож вошел второму мутанту под ребра, снизу вверх, прямо в сердце. А в обратном движении в глаз тому, что был на коленях.
Остался последний. Он замер на секунду, видя, как его сородичи умирают, а потом с яростным ревом бросился на меня. Я не стал уворачиваться. Я шагнул ему навстречу. Моя левая рука перехватила его лапу, выворачивая и ломая запястье с сухим треском. А правая, с зажатым в ней ножом, ударила его в горло.
Все было кончено. Четыре трупа лежали у моих ног. Бой занял не больше пяти секунд реального времени.
Я выпрямился, вытирая лезвие ножа о мертвую тварь. Адреналин отступал.
Кира вышла из-за валуна. Она смотрела на меня широко раскрытыми глазами. В них не было страха. Только чистое, концентрированное изумление.
— Я… я видела это через твою связь, — прошептала она. — Это было… как танец. Смертельный, но идеальный танец.
Я убрал нож.
— Пойдем. Пока не появились другие.
Мы быстро дошли до шлюза. Сержант Кузнецов, дежуривший на посту, открыл нам без вопросов.
Когда массивные ворота за нами закрылись, и мы оказались в стерильном тамбуре дезактивации, я повернулся к сержанту.
— Сержант, только что в трехстах метрах от северного шлюза на нас напала стая из четырех мутантов.
Кузнецов побледнел.
— Четырех? Так близко? Но… патрули ничего не докладывали!
— Вот и я о том же, — сказал я, снимая свой шлем. — Почему они подошли так близко к Бункеру незамеченными? Это очень интересный вопрос.
Дверь из внутреннего сектора с шипением открылась. На пороге стояла капитан Рэйв. Одна. Без охраны. Ее лицо было непроницаемым, но я увидел, как в глубине ее глаз мелькнула тень тревоги. Она слышала наш разговор.
— Это действительно очень интересный вопрос, Макс, — ее голос был тихим, но звенел, как натянутая струна. — И я хочу услышать на него ответ. Немедленно.
Глава 17
Я не сдвинулся с места. Я чувствовал, как за моей спиной напряглась Кира. Сержант Кузнецов, казалось, вообще перестал дышать.
— Капитан Рэйв, — я позволил себе легкую, почти незаметную усмешку. — Со всем уважением, но это я должен задавать такие вопросы вам, а не вы мне. Мы с доктором Стелл вышли на два часа в ближнюю зону под вашим личным разрешением. И в трехстах метрах от шлюза, на территории, которая должна патрулироваться круглосуточно, на нас нападает стая мутантов. Что было бы, если бы на нашем месте оказалась группа техников или, не дай бог, дети, решившие поиграть в героев?
Ее лицо на мгновение окаменело. Я попал в точку. Не в солдата, не в командира, а в женщину, на чьих плечах лежала ответственность за пятьдесят тысяч душ. Она ожидала от меня отчета, может быть, даже оправданий. Но точно не встречного обвинения.
Она опешила, это было видно по едва заметному подрагиванию уголка губ. Но Рэйв не была бы Рэйв, если бы показала слабость. Она молча кивнула, признавая мою правоту. Всего один короткий, резкий кивок. Затем развернулась и направилась к терминалу связи, установленному прямо у шлюза.
— Дежурный офицер! — ее голос превратился в ледяной хлыст. — Мне нужны записи со всех внешних камер северного периметра за последние три часа. И начальника патрульной службы ко мне. Немедленно. Нет, меня не волнует, что у него отбой. У него теперь вечный аврал, пока я не выясню, какого черта по моему периметру разгуливают твари!