И, в ту же секунду, тень превратилась в дым, переходящий в ураган. Он захватил девушку в себя, кружась, издавая нечеловеческие звуки. Будто, сам Ад, открыл свои врата. Это, не просто дым, забирающий всю негативную энергию. Это была сама тьма.
Тень, также быстро закончила, постепенно убираясь обратно в лес. Аделаида, лежала без движения. Трава и цветы вокруг, пожухли, сгорели, от невидимого пожара. Девушка безмятежно спала. Один из стражников, бережно взял её на руки, усаживая в седле. Мария, не могла поверить своим глазам. Оказавшись, в давнем сне, тяжело осознать, что это всё реально.
Стражники собирались было уходить, как королева подняла руку вверх, приказывая остановиться. Она наслаждалась чужими пороками, а обряд «Очищения», вызывал в ней чувство справедливости.
- А теперь она.
Джойс показала пальцем на Марию. Кто-то жалостно ахнул. Стражники беспрекословно подчинились, схватив девушку под локти.
- Подождите, — выкрикнул Хантер. – В чём она провинилась?
- Не делай вид, что не был соучастником, — холодно выпалила Джойс, восседая на коне, как на троне. Желваки ходили ходуном. – Уж от тебя я не ожидала.
Хантер гордо и без тени страха выпрямился, незаметно схватившись за рукоять меча.
- Я отвечу за поступок, — процедил он, и ни один мускул не дрогнул.
- Я прощаю тебя, Хантер. Ты давно живешь среди нас, верой и правдой служишь Антарес. Ты поддался на чары этой молодой особы. Мария, тебя нужно научить нашим правилам.
Страх. Единственное, что осталось в голове. Встреча века. Встреча с Тьмой. Она её ждала и протирала невидимые руки, в предвкушении.
- Вы не понимаете, — пыталась достучаться Мими до королевы. Та, вздернула подбородок, не желая слушать.
- Прошу вас, — сделал шаг Хантер, но стража, схватила его за локти, не позволяя сдвинуться с места.
- Ты нарушила правила. Без обряда, думаю, ты не подчинишься нашим правилам. Не стоит будоражить людей.
Тьма появилась слишком рано. Рычала, завывала от голода. Если бы, она могла улыбаться, точно, улыбнулась. Стражники отбежали, не понимая, почему тень, так торопиться. Мария обернулась к королеве, не скрывая презрения. Затем, гордо выпрямилась и уставилась в невидимое лицо опасности. Внутри зверя сверкали молнии, гремел гром, завывали волки. Чернота, становилась всё шире, поднимаясь в воздух, опаляла дыханием смерти.
— Вот, мы и встретились, — съязвила Мария, сжав кулаки.
Тик-так. Маленькая струйка дыма отделилась от тьмы, выгибаясь знаком вопроса, и будто заглянула в лицо девушки. В нос ударил едкий запах гари и крови. Они глядели друг на друга, будто давние друзья. А в следующее мгновение, тень уже вломилась внутрь. В губы, в уши, во все тело. Всё больше заполняя органы изнутри, в поисках негативных эмоций. А их, было хоть отбавляй. Тень закралась в легкие, сдавливая их в кулак. Мими поперхнулась, падая на землю. Дым не затихал, впиваясь долгим объятием. Земля завертелась. Прошлая жизнь, боль, ненависть. Всё переплелось между собой и обратилось в одну картину. Поезд, взрыв, девушка, бегущая по вагону. Разбитый нос, ранение в ноге. Мария звала, кричала, ревела, инстинктивно, стискивая кровоточащую дыру, которой не было, но никто не слышал. Мучения тянулись, и впервые вспомнилась вся боль, при падении на рельсы. В голове щелкнуло: это собственные кости. Выливающаяся кровь, смешанная с дождём. Сломанные ноги, ссадины. Данному воспоминанию не было конца. И когда раздался последний стук сердца, тук-тук, она потеряла сознание.
Глава 12. Болезненная правда.
«У древних китайцев, Антарес была огненной звездой. Они связывали ee не со Скорпионом, a c Bocтoчным Драконом, отвечающим за величие и мудрость».
- Нет, — заорала дурным голосом Мария, резко разевая глаза. Все тело саднило от выдуманной, физической боли. Она засела где-то глубоко, отдавалась дрожью в коленях и суставах. Дыхание сбилось. Вся комната дрожала и расползалась.
Комната. Она обвела взглядом помещение, сглатывая ком в горле. Всё так знакомо. Тот же шкаф, тумбочка, открытая дверь на балкон. Оттуда доходил слабый, тёплый ветерок. Дрожащие пальцы нащупали простыни. Кто-то переодел девушку, в другое, повседневное платье. В глазах ещё рябило, но желтый цвет одежды, отчетливо выделялся.