- Всё кончено, — выдавила из себя Мария, наблюдая, как Делая шепчет что-то Киарану.
Хантер безмолвно взял её за руку, сжимая в ответ.
- Сегодня мы хороним самую великую воительницу. Самую преданную Антарес королеву. Мою мать, — сурово изрёк Киаран, сухо оглядывая толпу. – Она внесла много изменений. Построила множество домов. Восстановила библиотеку. Она придумала новые правила. Джойс была близка каждому жителю, как друг. И всегда понимала.
Их взгляды на секунду встретились. В его пылающих прошедшей ночью глазах, Мария увидела отречённость, посторонний огонёк. Казалось, Рани даже не узнал её, возвращаясь к своему возвращению. Стоял прямо, гордо, сдержанно, глядя точно перед собой.
- Мы разберёмся во всём, — пообещал Хантер.
Он не отрывал взгляда от Аделаиды, что надменно стояла на площади. Девушка вела себя словно будущая королева, раздавая приказы, и ни на секунду не отпуская Рани от себя. На ней пышное, бальное платье, походящее на вороное крыло, туго стягивающее тонкую талию. Нещадно лил дождь, и тучи собрались над замком. Чей-то заговор обретал новую силу. Тьма была близка к победе. Долина Утопии обратилась в усыпальницу. После движения стены, новые цветы, так и не проросли. А теперь, здесь покоится королева Антареса. Вселенная превращалась в угрюмый, мрачный мир, готовый впитать в себя все горести.
- Прямо сейчас, — твёрдо проронила Мария, утягивая друга за собой, не в силах смотреть, как Рани, целует Делаю.
Она уверенно уходила в Тёмный лес. Ещё, никогда не чувствуя столько собранности и желания постичь успеха.
- Мария? – то и дело бурчал Хантер, едва поспевая за ней.
- Только посмотри, — в отчаянье выдохнула подруга, разводя руки в стороны.
Лес умирал, и очень быстро. Пожухлая листва превращалась в гной и грязь, как растаявший снег. Царственные, гордые деревья пригибались к земле, не в силах держать собственный вес. Стояла чудовищная тишина. Ни птиц, ни животных, ни стрекотаний кузнечиков. Только ветер, гуляющий в пустоте.
Раздалось скуление. Мими присмотрелась. В лысых кустарниках скрывался, тот самый лисёнок. Он боязливо оглядывался и дрожал, но, заприметив знакомую, тут же выбежал навстречу.
- Неужели ты остался один, — жалостливо провещала девушка, присев на землю. Она не походила на себя: в чёрных, спортивных штанах, такой же заправленной, прозрачной рубашке. Волосы, закрученные в два пучка. Лишняя серьёзность ей шла, но уныние глаз заражало. - Иди ко мне, — поманила лиса, девушка. Тот остановился, принюхиваясь, и опасливо поглядел на мужчину, но страх был сильнее, и уже в следующее мгновение, он оказался на руках Мими. Та с осторожностью погладила его твёрдую шерсть, услышав в ответ урчание. – Назову тебя Аспер.
В переводе «сильный». Фенек чихнул в подтверждение.
- Отлично, — констатировал Хантер. – Теперь, когда мы разобрались в кличках, может, объяснишь мне, что мы здесь делаем.
- Я собрала людей, которым доверяю. В замке, явно предатели, передающие информацию, виновнику торжества, — саркастично заметила Мими вставая.
Аспер недовольно рыкнул, но тут же сел у её ноги защищая. Хантер не удержался от смешка. Что лис, что Мария, очень походили друг на друга.
Они проходили по узкой тропе вдоль обрыва, отдаляясь от леса. Там внизу, звучал шум воды, нещадно разбивающийся о землю. Мария шла впереди, выпрямив спину. Казалось, Антарес закалил её, сделал сильнее. Она боролась с тьмой до самого конца, сдерживая горести и обиды, женские истерики и слёзы. Мими больше походила на охотницу, чем на прислужницу в замке.
Когда закончился лес, показался одинокий утёс, с которого и падала вода. Водопад. Прекраснее вида не существовало. Здесь будто бы вновь возникала жизнь. И вихрь стал теплее, и бабочки садились на цветы, сливаясь с ними воедино. Те самые благоухающие лепестки Утопии. Синие, как отражение неба, застилали всю поляну. Бабочки, нещадно напиваясь соком, росли в размерах и уносились прочь. Под ними ломались ветки, а птицы пугливо отпрыгивали.
- Раньше, мы собирались здесь детьми, — поприветствовала Амелия. Казалось — это место — воплощение её внутреннего мира. В длинном, белом сарафане, и распущенными волосами, она выглядела как фея, одаривающая всех добродушной улыбкой.
— Это последний, уцелевший кусочек Антареса, — призналась девушка младше, точная копия Амелии. Она намного ниже ростом, но белые волосы и небесные глаза, сразу указывали на родство.
— Это Агата, моя сестра.
- Сходство, очевидно, — кивнул Хантер, дружелюбно пожимая руку девочке.
- Я посчитала опасным ей оставаться в замке, — тут же уточнила Амелия, округляя глаза.