Хотел бы сказать про гарантии, но у меня язык не поворачивается. Оцепенение, ужас, ступор и осознание, что убил беспомощного человека. Запах, этот тошнотворный запах. И не менее тошнотворный вид. Меня словно вывернуло наизнанку. На трясущихся ногах иду на выход. Состояние как у того зомби — идти лишь бы идти. Трясущимися руками кое-как открыл дверь.
— Эй, ты чего? — Колян был реально удивлён.
— Я убил человека, — всё, на что меня хватило.
И меня опять скрутило.
В этот же день Колян с тестем нашли «Патрика» — УАЗ «Патриот». Чтобы машина оказалась на ходу, они сменили свечи. Затем слили с «Нив» бензин и антифриз. Также умудрились воткнуть пару аккумуляторов — один не справлялся. Перекинули бронепластины и активную противорадиационную защиту. Фаркоп «Патрика» позволял везти кемпер. «Крузер» в итоге стал самостоятельной боевой единицей. Однако все эти махинации шли без меня. К вечеру тесть растопил баню. «А что? Сегодня, возможно, не приедут — темно». Логика есть: сенс-поисковик мёртв, более у них подобных нет. Но это со слов Ватсона. Следы замело. Так что время есть на помывку.
На следующий день меня уже отпустило. Мы с Коляном поехали ещё раз до подбитых «Нив» на «крузере». Тесть остался: он решил ехать на «Патрике», к которому мы присоединили прицеп. И сейчас идёт его погрузка.
И вот, мы стоим у машин преследователей.
— Их бы похоронить по-человечески, — говорю Коляну.
— А у нас время есть? — заметил он
— Нет, Колян, к сожалению. Ладно, — тяжело вздохнув, приступаем к осмотру машин.
В итоге всех поисков нашли две живые радиостанции для связи между машинами. Найденный разведдрон оказался подбитым. Однако в багажнике одной из машин я увидел то, что меня заинтересовало.
— Слышь, Колян, а он был прав, — говорю ему, крутя в руках находку.
— Чего? — оторвался тот от созерцания содержимого другой машины.
— Они имели связь с городом, — говорю ему.
— Как? Спутниковый телефон? — спрашивает он меня.
— Нет — сеть ретрансляторов, — поясняю ему.
— В смысле? — не понял он.
— На каждой стоянке они ставили вот это, — я ему показываю в руках антенну-ретранслятор. Далее объясняю: — Это, примерно, как если бы они тянули за собой верёвку. И по ней общались.
— Типа как в сказке про Ганза и Гретель? — Колян начал понимать.
— Верно мыслишь, — киваю.
— Хм… Плохо. А мне здесь нравится, — начал он оглядывать поселение.
— Согласен. Но надо собираться. И чем раньше, тем лучше, — возвращаюсь к машине, в которой ехали связные.
Сначала думали ехать в связке. Типа один застрянет — другой вытянет. Однако позже пришли к выводу, что это — не лучшее решение. В итоге, спустя пять минут после нашего возвращения от места побоища мы выехали дальше. В «крузере», помимо меня и Коляна, ехала мама и, как это ни странно, Катя. Лена с Мишкой решила ехать со своими родителями в «Патрике». Да и правильно — если внезапно случится отстреливаться, «Крузер» будут пытаться уничтожить именно как боевую единицу в первую очередь. Надеюсь на это — содержимое «Патрика» очень дорого.
Нам повезло: мы выехали на относительно чистую трассу. Здесь можно было разогнаться серьёзней. Но тем не менее не стоит — скорость ограничивалась прицепом, который потерять не хотелось бы.
— Антош, а нам ещё долго ехать туда? — спросила мама.
— Не скажу. Точка, куда нам надо, находится за Сибирью, на территории одного из бывших сталинских лагерей, — говорю ей.
— А зачем? — мама переключилась на тему нашей точки прибытия.
— Там место сосредоточения сил, — ответила ей Катя.
— А каких? — не унималась мама
— Увидите. Всему своё время, — пояснила Катя.
Перед отправкой поисковой группы Пономаренко было поставлено условие: устанавливать ретранслятор в каждом оазисе. И отчитываться каждые два часа. Последнее сообщение было «Подъезжаем к месту очередной стоянки». А позже, через следующие два часа, при попытке связаться с группой ответа не было. Хотя при запросе технического состояния от радиостанции приходил ответ, что всё в порядке.
— Что думаете, господа? — задал вопрос генерал.
— Может, спят? Или упустили? — сказал ординарец.
— Два раза подряд? — от грозного рыка генерала, ординарец, который выдал такое предположение, невольно сжался.
— Может, не будем гадать, а ещё одну группу отправим? — предложил Петренко.
— А кто здесь следить за порядком будет? — генерал резко встал, упёрся в стол своими кулачищами и так же резко приблизил своё лицо к Петренко. — Петров, ты же ведь их отправлял? Ещё хочешь группу потерять?