— Ну и ладно, — обиделась Лена и ушла.
— Спасибо Кать, — говорю ей, забирая записку.
— Пожалуйста, — и она тоже ушла.
Я положил записку в карман — меня позвал к себе Михалыч. И я благополучно о ней забыл.
— Ну что, закончим перевозку нашего табора? — спрашивает он.
— Да, наверное, — с усталостным безразличием отвечаю ему.
Эх, как говорил мой отец — «Водила — не профессия. Это — судьба!». Так оно и выходит: сел за руль в восемнадцать лет, уже сорок скоро. Хоть и работал не шофёром, но как-то без автомобиля не очень удобно. Сейчас же — еду и еду. Еду и еду… Сколько мы уже в пути? Так, ага, да ладно? Две недели? А кажется, что уже год! Километры… Одни и те же пейзажи — лес и снег. Снег и лес. Вот только лес унылый — нет иголок на ёлках, сами деревья местами скрючены.
Сейчас мы едем последнюю ходку. Как же хорошо, что у нас стало в сумме шесть машин. Притом, что в грузовик, поставив печку, уселось около двадцати человек. В джип «Ивеко» — десять человек, включая водителя. А таких джипов — три штуки.
Подъезжая к базе думал, что увижу сапёров. Но их не было. Почему? Да не важно: завтра с Михалычем поговорю. Спать охота до жути. И да: неплохо бы у него немного уроков по ножевому бою взять. Всё, мы на территории базы, и можно расслабиться. После того, как заехал последний автомобиль, ворота периметра закрыли. Самолёт стоял на полосе, которую заносило снегом. Автомобили загнали в гаражи, народ разошёлся по казармам. Среди женской части было видно оживление: наконец-то условия стали близки к цивилизации.
— Тут душ есть с горячей водой! — говорит одна.
— И стиралка! Наконец-то не руками мучаться! — поддержала её подруга.
Многим чем они ещё восхищались. Но… Мне не хотелось их радость омрачать тем фактом, что скоро нам придётся покинуть это место. Хотя, возможно, Михалыч здесь решит организовать что-то типа поселения «Челябинск-2»… Стоило про него подумать — он появился.
— Антон, — обратился он ко мне, пока я шёл мимо. — Что думаешь с этими четырьмя делать?
— Думаю, вы правы, — обращаюсь к генералу, — их надо бы отдельно подержать на карантине. Не стоит им оказывать радушие. Они его ещё не заслужили.
— То есть не зря я их в карцер поместил, — ответил ФСБшник.
После чего, немного подумав, добавил:
— Надо бы их допросить подробнее. Неспроста они живы.
— Михалыч! Ножевому бою обучите? — спрашиваю его.
— Антон, давай на ты. Хочешь? Давай, как-нибудь в другой раз, — зевая, отвечал он.
— Согласен, не сегодня, — киваю в ответ ему.
Андрей Петин, Вениамин Разин, Дмитрий «Петрович» Иванов и Николай Расстегаев, находясь в карцере, не сразу осознали это. Они хоть и были в сознании, однако их состояние назвать хорошим нельзя. Но это было недолго — Андрей, хоть и был «Доктор Смерть», всё же был доктором. Потому, несмотря на своё состояние, остальных умудрился поднять на ноги. После чего отключился от усталости.
Какое-то время бодрствующая часть команды молчала. Потом, где-то через час, отключили свет. После чего Веня задал мучивший всех вопрос:
— Что теперь будем делать?
— Не знаю, — ответил за всех Петрович.
После чего восстановилось молчание. Только спящий Док сопел.
— Всё это неправильно, — заметил Николай.
— Мужики! Дайте поспать! — возмутился Андрей.
И вырубился обратно. После чего бодрствующие члены экипажа собрались плотнее, и продолжили общение шёпотом.
— Что неправильно, Коль? — спрашивает его Веня.
— Ну вот какой резон нам возвращаться в город? — задаёт Николай вопрос всем.
— Приказ вышестоящих командиров, — пожимая плечами отвечает Петрович.
— Тогда зачем Петренко бросили? — Николай задаёт вопрос Петровичу.
— Ты забыл? Он бы в итоге свалил потом из города, — отвечает Николаю Веня.
— А почему тогда сейчас не остался с ними? — с непониманием в глазах спрашивает Вениамин.
— Ты тупой? Мы — СБшники! А не беглецы, — отвечает ему Петрович.
— Ну допустим, он выжил бы. Каков ему резон тогда возвращаться? — Николай как будто косил под дурака.
— Показал бы свою лояльность режиму. А нас выставил бы предателями. А если бы мы с Мягковым вернулись — «Я их, на самом деле, оставил на перехват Мягкова». Представил? — объяснил ему расклад мыслей Петренко Петрович.
— Всё равно не вяжется, — задумчиво отвечает ему Николай.
— Ладно, парни, — рассудил Веня. — Ложимся спать. Завтра надо будет оглядеться.
После этого они разошлись по пологам. Через некоторое время они уснули.