— Это что за…? Где стрельба, кровь? — и, кажется, кто-то в нас что-то кинул…
Хочешь стрельбы и крови? Беру у рядом бегущего бойца автомат и стреляю очередью поверх голов зрителей. С криками, визгами люди запаниковали и побежали. Паника… Это гораздо страшнее, чем-то, что если бы я реально кого-нибудь из них убил. Люди сначала столпились возле выходов. А затем началась самая натуральная давка. И, что-то мне так кажется, что кого-то всё же затоптали насмерть. Но нас это уже не касается: на вип-трибунах, как оказалось, была вооружённая охрана. Они начали по нам стрелять. Кого-то из наших успели даже ранить. Кто-то выстрелил в ответ по трибуне. И ответным огнём с нашей стороны их удалось хотя бы задавить. Охрана вип-трибун присела, тем самым подарив нашему табору время уйти со стадиона.
На другой стороне нас уже дожидалась вооружённая охрана. Они бегом выскочили из ворот, совершенно не заботясь о собственной безопасности. За что поплатились своими жизнями. Короткими очередями из трёх автоматов и тремя выстрелами из каждого пистолета удалось их уложить.
— Антон! Хватай! — крикнул мне Михалыч.
Он быстро снял с трупа автомат, а затем кинул его мне. Затем быстро прошерстил карманы, и мне достались ещё пара магазинов с патронами. Затем кинул таким же образом автомат Коляну, который до сих пор хромал. Что, в принципе, не удивительно: неделя прошла, он ещё не восстановился толком.
Из-за вынужденной задержки охрана вип-трибун вылезла. Однако выстрелить не успела — их уже ожидали наши бойцы. Меткими выстрелами все трое охранников были убиты.
— Скорее! — закричал Желябов, забежав предварительно в ворота.
У нас вооружённых бойцов стало больше, поэтому часть из них побежала вперёд. Остальные прикрывали отход. И весьма вовремя — на другом конце стадиона, с той стороны, откуда мы пришли, появились вооружённые охранники. Я и ещё пара бойцов открыли по ним огонь до того, как те начали палить по нам. Однако ввиду большого расстояния, мы не сумели их перебить. Но одного-двоих ранили. Нам тоже досталось: кого-то из убегающих успели ранить. У нас, так-то, не стояла цель их убить — мы лишь помогли нашим, выиграли время. И как только в ворота зашёл последний, невооружённый человек, мы забежали внутрь, закрыв за собой ворота. Вовремя — в створки ворот, едва стоило нам их закрыть, застучали пули. Накинули засов и побежали за остальными. На улице, как это было обычно в Городе, царила летняя погода. Как и почему — не спрашивайте. Возможно, что рядом находящиеся изотопы греют землю. Нас вёл Желябов — он знал, где стоит самолёт. Прохожие от нас шарахались в испуге. Внезапно завыла сирена. А женский голос сообщил:
— Код: чёрный!
Когда я работал в полиции, ни разу не слышал этот код. И от этого ещё страшнее — скорее всего, это приказ на наше уничтожение. И вот только так подумал, как позади нашего табора появился броневик.
— Врассыпную! — ору всем, а сам прыгаю влево.
Хорошо, что меня послушались все: броневик открыл стрельбу с пулемёта. Только благодаря своевременно поданной команде плотная толпа рассосалась. Но жертв избежать не удалось — кого-то ранило, а кое-кто и погиб. С криком «Твари!» бегу на броневик. Прыгаю на броню и понимаю: уничтожить тех, кто внутри с тем, что есть, не получится. Сначала была мысль расстрелять в смотровое окно, но вспомнил, что там — видеокамеры. Попытаться сломать механизм поворота башни или поворота пулемёта — тоже не вариант. Открыть ручки, чтобы попасть в десантный отсек — проблема: машина едет.
— Твари!!! — начал колотить прикладом автомата по окулярам водителя.
Зачем — не знаю. Наверное, нервы успокоить. Однако это возымело эффект — они ничего не могли со мной поделать. И поэтому остановились, открыли люк и попытались меня утихомирить. Зря… Потому что тут же первый желающий словил пулю от одного из наших бойцов. Следом за ним и другие начали стрелять. К нашему счастью, погиб у них водитель. Броневик встал. После чего уже толпа ломанулась к нему. И ворвалась внутрь транспортёра. Где не пощадила никого. Однако тут же, на фоне этого крика слышу рокот моторов… Как минимум — два броневика.
— Шухер! Сюда ещё едут!!! — кричу им.
Бо́льшая часть людей, будучи не вооружёнными, спрятались в глубине близлежащих улиц. И тут кто-то проявил смекалку: выкинул труп водителя и сел за управление. Ещё один переместился на место стрелка. Прыгаю с брони, а БТР поворачивается в сторону шума. Из-за угла выехали ещё двое. Но они не начали палить по броневику. Вместо этого из них выскочили четырнадцать человек десанта.