— Все-таки, я бы сначала бы с ним поговорил. — Отрубил Крис и направился к выходу.
— Не знаю, меня идея Дана очень устраивает. — Фыркнула Лэя, и повернув голову, встретилась взглядом с Даном. Он дернул головой, и они также покинули комнату с остальными, кроме Агаты и Дэниала.
— Ты не говорила, что встречала таких людей. — Начал Дэниал.
— Так никто и не спрашивал. — Безразлично ответила Агата. Ей хотелось покурить, но она знала, если вытащит сигарету, то Дэниал тут же отправит ее (сигарету) на тот свет.
— И много у тебя еще таких историй?
— Кто знает. Думаешь, я их сама помню?
— Валяй. — Дэниал уселся в кресло напротив Агаты.
— Что?
— Вижу, что покурить хочешь. Валяй, я разрешаю, в этот раз.
— С чего вдруг такие почести? — Подозрительно спросила Агата, но все равно полезла в карман затертых Джинс.
— Подумал сменить тактику.
— Знаешь, — Агата закурила сигарету, — я тут подумала и у меня возникло предположение, будто я тебе нравлюсь. Иначе как объяснить то, что ты продолжаешь возиться о мной?
— Возможно твое предположение верно. Что будешь с этим делать? — Холодно продолжил Дэниал. Агата подошла к нему и села на подлокотник кресла, положив левую руку на плечо Дэниала.
— Дэни, я думаю ты пытаешься себя обмануть. Ты же знаешь, что я уже пропащая, не пытайся спасти меня. Чувства для меня — это давно ушедшее прошлое. Безусловно, я до конца дней буду обязана тебя за помощь и заботу, но не более. Поэтому, не обманывай себя, я не достойный тебя вариант, можешь убедиться в этом прямо сейчас. — Агата сделала затяжку и поцеловала Дэниала, выдыхая весь дым ему в рот. Горький пар обжигал горло, из-за чего Дэниал тут же начал задыхаться, а когда Агата отстранилась, начал беспрерывно кашлять, жадно глотая воздух. Агата потушила о чайный столик сигарету, оставив бычок, и вышла из комнаты.
Дэниал еще пару минут отходил от привкуса сигарет. Оставленный Агатой бычок только усиливал горечь во рту, однако их поцелуй не выходил у него из головы. Все слова, сказанные Агатой, имели смысл и Дэниал их прекрасно осознавал, но он также знал, что ровно сколько Агата считает его чувства самообманом, ровно на столько она также обманывает себя, что отказалась от чувств. Ее все еще гложили воспоминания об Остине, которого она до их пор не отпустила.
Дан и Лэя тем временем прогуливались по лесу. С начала учебы они так и не общались, поэтому Лэя сразу поинтересовалась, где же он был и почему сегодня так одет. Как оказалось, Дан выполнял поручение Криса, посещая званные вечера и передавая послание лидерам других кланов. Так как Дан единственный, кто умеет моментально перемещаться по всем континентам, то раз в год через него осуществляется связь с внешним миром. Это помогает поддерживать более-менее дружелюбные отношения с другими вампирами. Сегодня он как раз завершил свое путешествие. Лэя так же поделилась последними новостями из своей жизни. Вскоре они забрались на отвесную скалу и наблюдали за мерцанием звезд.
— Так, что же произошло на самом деле? — Вдруг начал Дан.
— О чем ты?
— Тот человек. Я так полагаю ты им не все рассказала или намерено приврала, ведь так?
— Так. — Лэя не думала врать Дану. Из всех вампиров, которых она знала, только Дану она могла доверять. Может потому, что он ни разу ее не разочаровывал или она чувствует, что он ее понимает. Поэтому следующие пол часа она рассказывала ему о произошедшем между ней и Джуном. Когда она закончила, то Дан никак не отреагировал на рассказ и продолжил молчать.
— Осуждаешь? — Наконец прервала молчание Лэя.
— Я не вправе осуждать тебя, даже если мне это не нравится. Но скажи, что ты сейчас чувствуешь? Твоя месть провалилась, ты потеряла одобрение подруги, так еще и прибавила проблем клану. Это все того стоило? А главное, нравишься ли ты себе такой? Мы не виделись всего месяц, но изменения в тебе очень заметны. Такое ощущение, что я пробудил дьявола, который с каждым днем возвращает свою силу и готовиться уничтожить мир за то, что он плохо с ним обращался. Извини, если это прозвучало грубо. — Ответил Дан.
Лэя задумалась. Теперь, когда Дан перечислил все то, что она натворила, ей стало неприятно. В своих глазах она видела себя всемогущей, обворожительной, справедливой девушкой, которая наказывает плохих парней, как героиня из фильма. Но вместо доброй героини, она превратилась в озлобленную стерву. От своих мыслей ей сало не по себе. Где-то в глубине она понимала, что поступает неправильно, но ей нравилось то, что она делала.