– Ну да, Пророчество, – вспомнил Старик. – Пророчество муллватов. Муллваты – это…
– Я в курсе.
– Молодец, что в курсе. Значит, знаешь и то, что аррагейцы с муллватами испокон веков на ножах.
– Знаю.
– Вот поэтому правительство Схомии, которое на сто процентов сформировано из аррагейцев, на всякие там муллватские Пророчества… Ну, сам понимаешь.
– Понимаю – игнорируют. А что за Пророчество-то?
– С муллватскими верованиями знаком?
– Немного. Демиург – Аган. Он создал Мир, а теперь крутит Колесо Времени. В результате этого беспрерывного вращения то плохое время наступает, то хорошее. Вера учит – с этим ничего не поделать, таково незыблемое положение вещей. Надо смириться. Хорошему времени радоваться, а плохое пережидать. С достоинством.
– Вот-вот-вот. Все так. А о сакральном круге Охотников за Зверем знаешь?
– Нет. Не добрался до этого. Я же по вершкам. Кто такие?
– Не то воины, не то жрецы, а быть может, и одновременно – и воины и жрецы. В Пророчестве говорится: когда наступает «плохое» время, на Тиберрию приходит Зверь. А Охотники…
– Откуда приходит?
– Кто?
– Зверь.
– Ну как откуда? Как и во всяких прочих религиях – из потустороннего мира, конечно. Через дырку в небе. И когда он появляется, Охотники начинают за ним гоняться. Такова их миссия – убить Зверя.
– Ну и замечательно. Нам-то что с этой сказки, шеф?
– Да подожди ты! – возмутился Старик. – Чего ты меня, Вилли, все время гонишь-подгоняешь?
– Простите, шеф, – смешался Харднетт.
– Прощаю. Так вот, Вилли. Дальше. В Пророчестве говорится, что Зверь силен, хитер и способен принимать облик жертвы. И еще – Зверь хочет выгрызть Сердце Мира. И идет на его стук.
– Ну шеф, ну… Нет слов. Сказка сказкой!
– Не торопись смеяться. Сейчас тебе будет не до смеха. Боррлом Анвейрром Зоке утверждает, что Сердце Мира действительно существует. И биение его время от времени слышно. Находится Сердце Мира в колодце. А колодец – в храме. А храм… Знаешь где?
– Откуда мне знать.
Старик выдержал паузу и сообщил:
– В Айверройоке.
– Не может быть?! – поразился полковник.
– Это тебе первый факт для осмысления.
– Не может…
– И это еще не все. Ты вряд ли знаешь, а я уже в курсе. Объект ГРС 1915, в который уперся известный тебе У-луч, инвертировал. Мне вчера приносили одну хитрую справку.
– Объект ГРС 1915 – это…
– Мембрана Гагича. Диаметр 36 тысяч световых лет. Находится внутри галактического кластера Абель 4597.
– Я не понял, что с ней там случилось?
– Говорю же – инвертировала.
– Вывернулась наизнанку?
– Точно. Была черной, стала белой. При этом случился выброс энергии. Причем энергии темной.
– И куда этот обратный поток хлынул?
– Луч падения равен…
– На Тиберрию?
– Именно туда, Вилли. Это тебе второй факт. Начинает картинка в голове складываться?
Харднетт задумался, потом принялся размышлять вслух:
– Сердце Мира – источник энергии, удар Сердца – У-луч, дырка в небе – мембрана Гагича. Так?
– Что-то вроде того, – согласился Старик. – А про Зверя что скажешь?
– Ну, Зверь – это… это… Неужели, думаете, шеф, что Чужие?
– Не думаю – надеюсь.
– Интуиция говорит «горячо»?
– Скорее – «тепло».
Дав Харднетту время осмыслить услышанное, Верховный спросил:
– Знаешь, Вилли, почему Большая Земля не объявляет войну империи тморпов?
Полковник пожал плечами, дескать, что за вопрос – яснее ясного.
– Мы мирные люди, шеф.
– Правильно. А почему империя тморпов не идет войной на земную юдоль?
– У них такой же боевой потенциал, как и у нас. Видимо, боятся. Заварушка-то неслабая выйдет. Им достанется.
– Правильно. Так все и есть. Силы Большой Земли и империи тморпов равны. Втихую повстанцев спонсируют, конечно. Сам знаешь – гадят нам многопалые исподтишка. Не без этого. Но в открытую воевать пока опасаются. Ну а теперь скажи, Вилли, что будет, если они первыми выйдут на Чужих?
– Это смотря что из себя представляют Чужие…
– Допустим, что Чужой «силен, хитер и способен принимать облик жертвы». И предположим, тморпы овладеют такой технологией. Что тогда?
– Тогда равновесие нарушится.
– И что из этого выйдет?
– Шеф, я не дурак. Тогда они попытаются задать нам трепку.
– Обязательно! – воскликнул Верховный. – Всенепременно! Никаких сомнений! Поэтому в чем состоит наша задача?
Харднетт никогда не подавал вида, что его раздражает манера Старика проговаривать уже тысячу раз проговоренное и обсасывать со всех сторон очевидное. И в этот раз не подал. Четко сформулировал:
– Наша задача состоит в том, чтобы добраться до Чужих первыми. Если они появятся.
– Верно. Чужие должны стать нашим оружием. Нашим. И только нашим! Теперь понимаешь, почему я послал на Тиберрию тебя?
– Не совсем, – признался Харднетт.
– Неужели непонятно? – поразился его недогадливости Старик. – Ты – единственный, кому я доверяю как себе. Это во-первых. Во-вторых, по образованию ты биолог.
– Врач…
– Неважно. А в-третьих… Как понимаешь, это дело касается особого аспекта национальной безопасности. Рядового агента я не мог послать.
– Я, конечно, польщен вашим доверием, шеф, и высокой оценкой моих функциональных способностей, но…
– Что?
– Почему вы сразу не сказали?
– На это есть причина.
– Не доверяете стенам?
– И это тоже.
Верховный замолчал. Харднетт не стал ничего выпытывать. Хотел бы Старик открыть все карты, открыл бы. Значит, не хочет.
И полковник просто уточнил задачу:
– Итак, шеф, основная моя миссия на Тиберрии: выяснить, является ли Зверь из Пророчества Чужим. Я правильно понял?
– Да, Вилли. Будь уж добр.
– А дальше?
– А дальше действуй по обстановке.
– Как быть с делами по вертолету и раймондию?
– Не отменяется, – предупредил Старик.
Харднетт удивленно вскинул бровь:
– Однако.
– А как ты думал?
– Я думал… Я все понял, шеф.
– Вот и хорошо, что понял, – удовлетворенно сказал Верховный. – И вот еще что, Вилли…
– Слушаю, шеф.
– Не откажи в любезности, держи меня в курсе. Будет срочная необходимость, не стесняйся, используй дипломатический канал.