— Перед самым… перед открытием. Мы обычно открываемся за час до времени, которое является пограничным. Ну… То есть за час до появления демонов, чтоб гости успели войти… — Продолжил он рассказывать уже непосредственно мне, — Мужик в сером комбинезоне. С ведром и кистью. Как сантехник. Я думал… ремонтники. Синода-сама иногда их вызывал… для прочистки труб. Подвальных. Я… я его пропустил. Сначала удивился, зачем ему краска, но потом… Подумал, возможно трубы старые, их надо покрасить. — Охранник громко сглотнул и посмотрел на свою сломанную руку с ненавистью. — Он долго работал. Я его не торопил. Все равно раньше рассвета из клуба не выйти. Вернее… Выйти-то можно. Двери открыты. Но это чистое самоубийство. А минут за двадцать до того, как началась бойня… Я спустился в подвал, хотел посмотреть, все ли сделано хорошо… Но его там уже не было. Я удивился. Подумал, неужели этот работяга решил воспользоваться ситуацией и присоединился к гостям. У нас ведь серьёзное заведение… Сами знаете… Простым смертным оно не по карману… Поднялся обратно и пошел искать работягу. Но… Потом стало не до этого.
— Лицо? — коротко спросил я. — Ну и на камерах он же должен засветиться. Уличная работа, но таким образом он прикрыл свой уход. Видимо, его забрали на машине. Однако камеры внутри клуба работали.
— Да. — Охранник кивнул, соглашаясь. — Думаю, те, что в служебных помещениях, засняли этого урода. Но… Он был в шапке. Натянул ее почти на самые брови. И еще маска-респиратор, как у маляров. Только глаза его помню. Холодные. Как у рыбы.
Каору, стоявшая неподалёку, вдруг резко обернулась в сторону служебного выхода.
— Адачи-сама! — Голос девицы упал до шепота. — Запах! Тот же запах гнилой воды! Стал сильнее! И он… движется! Только что движения не было. Был только этот запах. А сейчас… Он будто начал отдаляться.
— Хрена себе… Круче любой сторожевой собаки… — Тихо буркнул я себе под нос. А потом, выхватив катану, повернулся к Каору, — Веди! Раз уж ты чувствуешь его перемещение, идём следом!
Девица, не дожидаясь повторного приглашения, рванула вглубь коридора, выскочила через черный вход и побежала к переулку, мимо мусорных баков. Маршрут был ровно таким, по которому мы пришли. Совпадение? Не думаю.
Я, естественно, мчался следом за ней. Каору резко свернула в одно из ответвлений проулка, который буквально через несколько метров сузился упершись в глухую стену. И там мы увидели чугунный люк. Канализация. Крышка была сдвинута. Из щели тянуло ледяным, мерзопакостным духом стоячей воды, гнили и… чем-то еще. Свежим. Металлическим. Кровью. Теперь и я могу с уверенностью сказать, что здесь чертовски воняет.
Каору присела на корточки у люка, пальцы легли на холодный чугун. Она не касалась краев, где могла быть грязь.
— Здесь. Гуки спустился здесь И… — Девица подняла на меня глаза. В них не было страха. Был азарт охоты. — Демон не ушёл далеко. Он тут. Внизу. Обожрался так, что не может двинуться, пока не переварит.
— Фу! Прекрати! У меня богатая фантазия, я сразу представляю, как эта тварь переваривает останки… Мерзость…
Я пнул крышку люка. Она с грохотом съехала в сторону, открыв черную пасть. Вонь ударила в лицо волной.
— Вниз! — рявкнул я Каору. — Быстро!
Она без колебаний прыгнула в темноту, растворившись в ней бесшумно, как кошка. Я бросил последний взгляд мигалки полицейских машин, отблесками скачущие по стенам, и прыгнул следом, в ледяное, вонючее чрево Токио. Охота началась по-настоящему.
Новые вводные меняют старые предположения
Холодная, пропитанная гнилью вода доходила мне почти до щиколотки. Каждый мой шаг с громким хлюпаньем разлетался эхом по тоннелю. Воздух здесь был густым и тяжелым, дышать получалось с трудом — смесь запаха разложения, химических отходов и чего-то древнего, звериного перекрывала горло, забивалась в ноздри. Единственным источником света служил мой телефон, луч которого выхватывал из мрака покрытые слизью кирпичные стены и мутную, медленно текущую по теннелю воду. Зрелище, конечно, отвратительное. Я словно оказался в чреве того огромного червя, который гонялся за мной по крыше.
Каору двигалась впереди, нас с ней разделяла пара метров. Девица пёрла с таким интузиазмом, что мне приходилось торопиться, чтоб не отстать А вот дамочке хоть бы хны. И это было невероятно.
Она не просто пробиралась через эту мутную реку канализации, не просто шла — она буквально скользила по воде, словно призрак. Да, уровень жижи был не сильно большой, но тем не менее, мне, к примеру, каждый шаг давался с трудом.