Существо завизжало снова, но на этот раз в его визге была агония. Свет офуды жег эту тварь.
— НЕТ! Убери! Убери это! — вопило оно.
Я стоял, не в силах отвести взгляд. Меня словно парализовало.
И в этот момент из всех щелей вокруг храма повалили демоны. Десятки их. Они ринулись к Кура-Хана. К его открытой, беззащитной сущности. Они начали рвать собрата, пожирая его плоть.
Кура-Хана извивался в агонии, его визги разрывали тишину ночи. Он пытался отбиться, но офуда не давала ему этого сделать.
Я стоял и смотрел, как одни твари жрут другую тварь. Это было самое ужасное и самое справедливое зрелище.
Через несколько минут все было кончено. От Кура-Хана не осталось ничего. Только темное пятно на камнях и тихий, затухающий шепот.
Демоны, насытившись, начали расходиться. Буквально через пару минут во дворе храма не осталось ни одной тени.
Я повернулся. Танака и мои бойцы стояли, бледные от ужаса. Кайоши медленно поднимался на ноги.
— Кончено? — хрипло спросил я.
— Для него — да, — ответил старик. — Его физическое воплощение уничтожено. Его сущность рассеяна. Но Ёко-Цура… она бессмертна. Она — концепция. Она вернется. Хотя сейчас ты… ты выиграл эту битву.
Я посмотрел на пятно на камнях. Потом на офуду в своей руке. Свиток почернел и рассыпался в прах.
Сила дракона утихла, оставив после себя пустоту и странное, гнетущее опустошение. А еще такое странное чувство… будто я разменял пешку, но королева осталась в тени. Будто Кэзухи был лишь препятствием, убранным с пути, чтобы открыть вид на что-то более страшное. Будто меня ловко обвели вокруг пальца, заставив сделать именно то, что им нужно, и я до сих пор не понимаю, в чем крылся настоящий замысел.
— Танака, — сказал я, голос мой звучал чуждо. — Собери выживших. Уходим.
Я подошел к Кайоши.
— А ты?
— Мое место здесь, — старик покачал головой. — Храм нужно чистить от энергии этих тварей. Совсем обнаглели… Где это видано, так нагло явиться в храм дракона… Печати нужно укрепить. Теперь, когда одна из угроз устранена, у нас есть время. Небольшое. Используй его с умом, Иван-сан.
Старик повернулся и медленно пошел в сторону своего домика.
Мы с Танакой и двумя оставшимися в живых бойцами молча вышли за территорию храма. Город вокруг жил своей жизнью. Никто не знал, какая битва только что закончилась.
Когда сели в машину, я откинулся на сиденье и закрыл глаза. В голове стоял тот самый, последний визг Кура-Хана. И его истинный облик.
Я выиграл битву. Уничтожил врага.
Но почему же тогда у меня было такое чувство, что я всего лишь исполнил чужую волю? Что эта победа была нужна не мне, а кому-то другому? И что главная маска еще не сорвана? Что, если Кэзухи был лишь приманкой?
Суровые времена требуют суровых действий
Я лежал на кожаном диване в своем кабинете и смотрел в потолок. Занятие, конечно, не самое продуктивнее, но что-то меня все случившееся изрядно вымотало. И я сейчас не только о том сражении, (не побоюсь этого слова), которое развернулось во дворе храма дракона. Я вообще обо всем. Честно говоря, эта вторая, подаренная чудесным образом жизнь начала меня конкретно утомлять.
Хотя, пожалуй, драка с Кура-Хана, которым оказался Кэзухи, была последней каплей. Даже сейчас, лежа на диване, я видел не потолок, а искаженную маску демона и бесчисленные глаза Кура-Хана. Этот образ въелся в мозг, как кислота.
Победа? Похоже на то. Но вкус у нее был горький, как будто мне в рот набился пепел. Да, несомненно тот факт, что я избавился от сильного чудовища, очень радует. Жаль, конечно, что чудовище появилось под личиной Кэзухи. Из всех якудза он нравился мне больше, чем остальные.
Однако при этом ощущение, что я не охотник, а пешка, которую передвинули по шахматной доске, дабы открыть линию для какой-то более важной фигуры, все равно не уходило. Прямо шкурой чувствовал, что-то здесь не так. Но что именно, понять не мог.
Забавно, я это состояние переживал слишком ровно. Странное спокойствие, холодное и тяжелое, как свинец, заполнило меня после всплеска драконьей ярости. Поэтому, наверно, добравшись до офиса, я просто завалился на диван, задрал ноги и уставился в потолок.
Страх, злость, гнев — все отступило, осталась только ясная, неумолимая уверенность: пока якудза режут глотки друг другу, настоящий враг, Ёко-Цура, плетет свою паутину в тени. Война между кланами была для нее дымовой завесой, отвлекающим маневром. Чтобы добраться до чертовой демонницы, грызню среди якудз нужно остановить. Любой ценой.
К тому же, я не могу разрываться на два фронта. Чтоб спокойно разобраться с Владычицей Обмана, это все-таки приоритетная задача, мне нужен крепкий тыл, а не постоянно ожидание удара со стороны Иннагава-кай.