Из машин вышло человек десять. Все в темных костюмах, лица напряжены. Я узнал их по фотографиям из досье. Офицеры Инагава-кай. Те, кто остался у руля тонущего корабля. Они медленно шли ко мне, расходясь в полукруг. Их руки были пусты, но я видел выпуклости под пиджаками.
Ну что за люди… Никакого доверия…
Я не двигался. Стоял на месте, скрестив руки на груди. Для этих треклятых якудза очень важны ритуалы и внешняя показуха. Пусть мои оппоненты видят, что оябун Ямагути-гуми совершенно спокоен.
Один из Иннагава-кай, коренастый мужчина с сединой в висках и шрамом на щеке, сделал шаг вперед. Его звали Кенджи Мацумото. Глава боевого крыла Инагава-кай. Теперь — самый старший из оставшихся в строю.
— Адачи-сан, — Голос Мацумото был низким, хриплым. Этот засранец специально обратился ко мне без должного уважения, используя нейтральную приставку «сан». Типа, мы тебя не то, чтоб совсем в хрен не ставим, но и достойным человеком тоже не считаем. — Ты либо сумасшедший, либо очень храбрый. Зачем позвал нас? Хочешь сдаться?
В толпе его людей раздался нервный смешок.
— Наоборот, Мацумото-сан, — я ответил спокойно. — Пришел принять капитуляцию. Ваш клан обезглавлен. Ваш босс и все его советники — в камере. Ваши люди напуганы. У вас нет лидера. У вас нет будущего.
Мацумото смерил меня взглядом, полным ненависти.
— У нас есть месть. Мы можем сжечь дотла все, что тебе дорого.
О-о-о-о-о… Ну началось. Я мысленно усмехнулся. Вот и угрозы подъехали. Другой вопрос, что мне от этих угроз не жарко, не холодно. Когда за тобой по городу гоняются демоны, обычные люди уже не кажутся опасными. Это — первое. А второе… Мне в прошлой жизни чего только не приходилось слышать. И видеть. Напугали ежа голой задницей.
Однако внешне я, конечно, своего истинного настроя не показал. Оставался совершенно спокоен и даже равнодушен. Насмехаться над противником тоже не надо. Они и без того на нервах, хотя пытаются казаться уверенными.
— Можете, — согласился я. — И тогда мне придется уничтожить вас до последнего человека. Ваших жен, детей, любовниц. Ваших собак, кошечек, хомячков. Война будет грязной, кровавой и беспощадной. И вы ее проиграете. Я уже доказал это. Послушай, скажу честно и откровенно, мне по большому счету нет до вас никакого дела, пока вы не лезете в мои дела. Меня гораздо сильнее волнуют демоны. Эти твари совсем распоясались. Я бы не хотел тратить силы и время на обычных людей, когда есть более серьезные проблемы с потусторонними тварями.
Я сделал шаг вперед. Сила дракона, дремавшая внутри, шевельнулась, наполняя мой голос металлом.
— Поэтому мое предложение выглядит следующим образом. Вы сложите оружие. Признаете главенство Ямагути-гуми. Ваши операции, ваши территории — все переходит под наш контроль. Вы сохраните жизнь. И долю. Меньшую, но стабильную.
В толпе Иннагава-кай раздались тихие шепотки. Я видел сомнение в их глазах. Страх. Они были солдатами, а не стратегами. Без приказа сверху эти парни терялись. К тому же, у якудз очень четкая иерархия. Им нужен «отец», голова, которая думает, принимает решения и отдает распоряжения. Демократия — не их стиль. А благодаря мне, Иннагава-кай лишились не только головы, но и половины туловища. Причём, верхней.
Мацумото покачал головой.
— Мы — Инагава-кай. Мы не преклоняем колени перед выскочками и полукровками…
Упрямый тип, однако. Хотя, несмотря на сказанные вслух слова, я все же почувствовал сомнения в голосе якудзы. Похоже, он не дурак и все прекрасно понимает. Конкретно на данном этапе им выгодно как минимум заключить с Ямагути-гуми союз. А дальше… Дальше будет видно.
— Послушай, Мацумото… — Начал я, делая шаг вперед. Собрался спокойно и адекватно разъяснить ему всю ситуацию, чтоб парень перестал выкобениваться.
И тут, как говорится, что-то пошло не так.
Взгляд якудзы изменился. Вернее, даже не взгляд, изменились его глаза. Зрачки сузились, стали похожи на вертикальные палочки. А у людей так не бывает. У людей не бывает зрачков, как у крокодила.
Дальше — больше. Голос Мацумото вдруг приобрел странный, механический оттенок.
— Приказ — уничтожить сосуд. Освободить дракона. — Сообщил он мне, будто речь шла о чем-то очень обыденном.
Это так звучало и так выглядело, словно со мной разговаривает робот, долбаный терминатор. Если бы Мацумото в следующую секунду произнёс: «Мне нужна твоя одежда», я бы вообще не удивился.
Ледяная волна прокатилась по моей спине. Это были не его слова. Это был голос, похожий на ту самую тварь, что сидела в Кэзухи. То есть, только что, на моих глазах, практически посреди белого дня, какая-то потусторонняя хрень спокойно вселилась в человека. За-ши-би-сь!