Глава 24
Удивительно, но никакой охраны около самого храма я не увидел. Даже не знаю, что это — абсолютная уверенность в своих силах или полное безразличие к происходящему. Судя по тому, что Мамона уже видел меня, я скорее выберу первый вариант, а не второй.
Через большие ворота, которые, как я понял, являются чем-то вроде парадного входа, могут сразу несколько слонов пройти и не зацепить друг друга.
Попробовал толкнуть — не вышло. Потянул на себя за небольшую ручку — тоже не получилось. Не гостеприимное место, вдруг кому-то потребуется ночью помолиться?
Искать другой проход лень, да и не особо хочется тратить на это время.
— Рывок! — отлетаю на несколько сотен метров, прицеливаюсь и…
— Истязание! — с огромной скоростью врезаюсь в створки, снося их своим телом, чью массу увеличил до максимума.
Перекат, подъем в боевой стойке… Не, внутри так же пусто, как и около самого храма. Странно, что никто не выбегает на такой грандиозный шум. Все-таки готов поставить на то, что эти ворота несколько тонн весили, а разлетались как кегли, снося всё на своём пути.
Ладно, раз пока никого нет, то чего ждать? Мне обязательно надо уничтожить алтарь Мамоны до того момента, пока он не решится навалять мне, иначе будет худо.
Я побежал вперед, не особо рассматривая обстановку. Единственное, что подметил сразу — отсутствие любых картин и голые стены без единой надписи или рисунка.
Так, вот какой-то огромный ящик стоит практически в центре этого большого помещения. Все пути ведут только к нему. Значит это и есть алтарь, пусть он несколько непрезентабельно и выглядит.
Удар! Сильный взрыв и меня откидывает к стене, в которую я врезаюсь на хорошей такой скорости, сильно приложившись затылком. Даже шлем не спас от кратковременного оглушения, целых несколько секунд пришлось потратить на то, чтобы прийти в себя и осознать, что свечение, которое я вижу перед собой, вовсе не пропуск в гипотетический рай, а отсвет от того, что скрывалось под неказистыми стенками ящика.
— Неужели ты действительно думал, что у тебя получится разрушить мой главный алтарь? — раздался уже знакомый насмешливый голос.
Чуть дальше, несколько в стороне, на огромном троне расположился Мамона, с интересом взирающий на поднявшегося на ноги меня.
Мда… Я в жизни ничего подобного не видел, такое ощущение, что этот алтарь создан из идеального огромного алмаза, из которого бьют белые лучи света.
«За сколько такую фиговину на Аукционе загнать можно?», машинально задумался я, осматривая белоснежный куб, чьи стороны никак не короче метра.
— Попытка — не пытка, — отмахнулся я. Очередной плохой парень, который считает, что может позволить тратить свое время, даруя мне драгоценные секунды для осознания того, как выйти из положения.
— Это ты просто не в курсе, что будет после этой попытки, — ухмыльнулся он, после чего за его спиной начали появляться затянутые в черные балахоны фигуры.
Считать я остановился после тридцатой головы, так как сбился. Уж слишком сложно уцепиться за них, никаких отличий и…
А, нет, есть и отличие.
По правую руку от Мамоны вышел демон, чей капюшон был откинут.
От обычных демонов он особо ничем не отличался. Никаких лишних рогов на голове, только полностью белые глаза без зрачков. Их цвет очень сильно походил на тот, что вырывался из неприкрытого алтаря. С другой стороны, неужели белый цвет может чуть светлее или темнее? Тогда он уже в серый превращается.
— Это, надеюсь, официанты, которые принесут наш заказ?
— Да. Мои официанты, которые принесут тебя. Взять его! — рявкнул Мамона, лениво пошевелившись и указав на меня рукой.
Я моментально ускорил своё восприятие. Черные демоны всё прибывали и прибывали, расправиться с ними малой кровью у меня точно не выйдет, значит пора пробовать своё тайное оружие!
— Рывок! — оказываюсь около алтаря, активирую появившееся после слияния с проклятым металлом заклинание, несколько мгновений выжидаю, пока серебряные полосы полностью прорисуются на двуручном клинке, после чего с силой опускаю его на алтарь.
Меч с легкость проходит его насквозь, всё вокруг замирает, только пульсация света вокруг алтаря становится все сильнее и сильнее…
«Новый мир». Кёртис