И ведая психологию масс, память Грея находила в этом ужасную неправильность. Ведь какой бы сильной не была пропаганда, сколько бы сотен лет не прошло, горевание, это неотъемлемый психологический конструкт. Он просто напросто обязан быть. Да чёрт возьми, даже у животных это осталось! Почему же у нас потерялось⁈
С этими непростыми думами мы и добрались до лазарета.
— Вот здесь, господин Семён, — указал мне на проплавленную дверь Вит. — И если нужна помощь, то я готов…
— Ага, пойдём, — согласился с его предложением, залезая в дыру и напоследок через плечо бросая. — А ты, Чёрный, с Полиной побудь пока. Мы скоро.
— Кххр-арр-кчк. «Уж я побуду…» — пообещал он, демонстративно перекусывая клювом её завитый локон.
Такое повышенное внимание Чёрного от меня конечно-же не укрылось. Тревожный звоночек в сторону Полины звучал всё сильнее, но разбираться с ней сейчас точно не время.
Залезая в разгромленный кабинет, я окинул масштаб разрушений и присвистнул. Такое ощущение сложилось, что гусик попробовал на вкус всё, до чего дотянулся. Ножки кушетки перекусаны, стеллажи повалены, дроны разломаны, разноцветные препараты разлиты по полу и их явно слизывали. И словно вишенка на торте, посреди всего этого безумия на полу покоилась массивная люстра, которую пернатый также перегрыз.
Собственно, по потолку то гусь и ползал, исходя слюной, слабой морозной аурой и жалобным щёлканьем, от мучительного энерго-истощения.
— Ох наркоша несчастный. Твоей то ломки мне и не хватало, — проворчал я, глядя наверх и доставая из храназа овальный энергетический камушек. — А ну-ка спускайся.
Стоило камню появиться, гусик тут же его учуял и свалился с потолка. Тут то я его и поймал, пережимая специальную точку на шее.
— Тииише-тише, дурачок. Вит, будь хорошим мальчиком. Принеси капельницу с очищающим раствором. Раньше он назывался RgClean-15. Как сейчас, не знаю. Но вижу ты умный, понять должен, — переключился я на говор Лидии, зажимая гуся между коленями. С последнего раза он вымахал до размера кабанчика. Вскоре на нём можно будет разъезжать верхом, если, конечно, от энергетического передоза ласты не склеит. — И побыстрее пожалуйста.
— Все препараты в кабинете Дороти, — извинился парнишка, показывая на заваленную исцарапанной мебелью дверь. Пришлось дотянуться и ногой подпнуть тяжеленный шкаф, освобождая ему дорогу. — Спасибо! Дороти, это я. Всё хорошо? Да-да, у нас тоже отлично. Семён, вам раствор с эльсидантами?
— С ними, дорогой. И иглу на 1,6, а то шкуру не пробьём.
В итоге пришлось иголку Усилением покрывать, ибо окреп гусь знатно. С такой прочной шкурой его бы и кинетическое оружие взяло бы с трудом, а уж про мышечный тонус я и вовсе молчу. Даже с моими нечеловеческими силами мне пришлось попотеть, чтобы пернатого на месте удерживать. Только спустя две минуты с любовью придушенный мною питомец отключился, давай возможность провести процедуры.
Попутно я сетовал, что гусь сожрал Дольку Водных Основ, ведь с этими силами я бы всю дрянь из его тела вывел на раз. Нечто таким и владела когда-то Лидия, но без должной практики применять её опыт я не рискнул. Поэтому ещё парочка тонизирующих препаратов пошли в капельницу и внутримышечно, заставляя гуся-наркошу окончательно расслабиться и свесить язык.
— Вот так. Через час капельницу повторить. Начнёт буйствовать, зови меня, — вменил Виту, мимоходом заглядывая в комнатку, заставленную до самого потолка стеллажами с разнообразными светящимися колбами. Теперь то понятно, почему гусик в медблок полез. Энергетических вкусностей тут куча и хранительнице зелий повезло, что пернатый до них не добрался, а то бы не откачали. — Добрый вечер. А вы, видимо, фармацевт Дороти?
Закутанная в плед кудрявая девчушка с огромными, из-за больших очков, глазами, мне испуганно закивала и я поспешил её успокоить.
— Прошу, не бойтесь. Мы не причиним вам вреда. Я извиняюсь за своего питомца. Он изрядного шороха навёл, но больше он вас не потревожит. По крайней мере я на это надеюсь. Если можете, намешайте пожалуйста тонизаторов с RR-статусом в двойной дозе. Хочу, чтобы он поспал. — девочка прекрасно всё поняла и тронула манипуляторы своего кресла, поднимаясь вверх.
Без лишних слов она худенькими пальцами взяла нужные колбы и я тонким зрением заметил, что у неё отсутствовали ноги…
Набежавшие эмоции по этому поводу пришлось задвинуть к уже порядком накопившемуся вороху чувств. Увы, вникать в них не было ни времени ни желания. Да и дела неотложные буквально сами навстречу шли. Вылезая из той же проплавленной дыры в коридор я натолкнулся на идущего к нам порядком пропыленного Якова. За ним, хромая и придерживая друг друга, шагали двое таких же пыльных бойца. Тут и гадать не пришлось. Такие же наёмники, как и те трое выживших.