Он нажал на кнопку селектора. В тот же миг в дверях появилась секретарша:
- Слушаю Вас Иван Петрович.
- Возьмите все эти папки и проводите нашего эксперта в его кабинет. Оформите все формальности по зачислению его на должность.
- Я, конечно, благодарен за оказанное доверие, но…, - пытаюсь возразить я и, прерываюсь на полуслове.
- Никаких – но! Идите и работайте. Если возникнут вопросы, двери моего кабинета всегда для Вас открыты, а сейчас извините у меня совещание, люди ждут в приемной. Зайдите через час, - сказал Петрович, тоном, не терпящим возражения и достав из сейфа ключ, протянул мне.
- Кроме вас и меня в ваш кабинет никто не имеет права входить, - добавил Петрович и жестом показал на дверь.
Кабинет, в который привела меня секретарша, был небольшой и прохладный. На двери висит табличка:
«Посторонним вход воспрещен”.
У окна стоит огромный старинный стол с резными короткими ножками, множеством выдвижных ящичков и обтянутый зеленым, хорошо сохранившимся сукном. На столе вверх ножками висит массивный старинный стул, стоит телефон и перекидной календарь. В углу массивный сейф, в дверке которого торчат ключи.
Устроившись в удобном кресле за столом, погружаюсь в воспоминания прошедшего года. Создание "Трудовой Конноспортивной школы", о которой напомнил Петрович.
ГЛАВА - 4
ЛОШАДИНАЯ ЖИЗНЬ
Сергей Александрович Бабичев
Кротости меня учила лошадь,
Старая, худая, с сединой.
Рвал кнутом ей спину, конюх Лёша,
Когда пьяного везла его домой.
Впроголодь держал, ругался матом,
В лютый холод не давал овса.
А она весной, цветущим мартом,
Огород пахала в полчаса.
Ни улыбки на губах, ни злобы,
А глаза бездонны, как родник.
Шкура в шрамах, негде ставить пробы,
Словно снег просоленный потник.
В летний зной от гнуса не стонала,
Когда оводы сжирали брюхо в кровь.
Зимний холод, молча, принимала,
И тащила сани – вновь и вновь.
Никогда, как кошка не ласкалась,
Не трясла хвостом своим, как, пёс.
А на морде лошадиной жалость,
Я не видел! Только капли слёз…
В жизни не встречал людей упорней,
Чем хромая лошадь в седине.
Все герои мира смехотворней,
Лошадиной жизни на земле.
© Copyright: Сергей Александрович Бабичев,
Свидетельство о публикации №115020402546
Рисунок Евгении Бабичевой:
Крымская Таврида
(из книги "ПОСЛЕДНИЙ ШАМАН")
... В начале 1988 года, после госпиталя, я был направлен на реабилитацию в самую северную часть Крыма.
- Вот только не думай, что мы тебя туда отдыхать направляем. Считай, что в глубокий тыл противника. Как всегда! Думаю, что ты на месте сам сориентируешься и решишь все наболевшие вопросы с "конокрадами". Мне кажется что там дело не в подростках, а в самом подходе со стороны чиновников, комсомольцев, которые тянут деньги и ничего не делают. В общем разберись, как это ты умеешь делать и доложи! А заодно и здоровье поправишь, - заявил "главный"!
- Но ведь я понятия не имею, как с лошадьми обращаться, а вы меня к конокрадам, - возмутился я.
- Ничего справишься. Вспомни, как ты отнекивался от завода БВК. Как говорил, что не соображаешь в снабжении, когда тебя направляли инженеров в речной порт. Так же отнекивался однако все операции прошли успешно и из Припяти базу флота спасли не дожидаясь команды сверху после аварии на ЧАЭС. Так что после всех предыдущих заданий, это просто прогулка с детьми по Крыму.
Мне ничего не оставалось делать, как сказать:
- Есть! Приступить к "прогулке с детьми по Крыму"!
...Степные земли Тавриды, испокон веков славятся кочевниками и табунами необъезженных лошадей. Помимо основной службы я занялся, так называемыми "трудными подростками".
Почти на самом “Турецком валу”, расположилось село Перекоп, собственность совхоза Таврический. Огромный животноводческий комплекс, пахотные земли и 86, практически оставленных без присмотра лошадей. Один конюх и тот вечно пьяный. Районная газета «Фрунзевец», с пристрастиями писала под рубрикой – на темы морали:
«Всадники без головы»! «Ночные призраки»! ...и многие другие статьи о малолетних конокрадах. Которые буквально терроризируют город Армянск. И всё это, на волне разгоравшейся предательской Горбачевской перестройки. Когда большинство простых граждан нашей необъятной родины поверили в то, что правительство на самом деле желает заменить коммунистическую партийно-хозяйственную «гидру» на более лояльную к своему народу власть.
…Представьте себе такую картину:
Ночь! По древней земле Таврии мчатся всадники. Лица скрыты устрашающе темными масками, воздух рассекает свист арапников… Несчастье тому, кто встретится у них на пути…
Что это? Кадр из исторического фильма? К сожалению, нет! Время действия восьмидесятые годы прошлого века, а место действия – городок Армянск, что расположен в Северном Крыму. Всадники - подростки, скрывают под масками свои лица, чтобы не опознали, и напугать зазевавшихся прохожих.
Лошади у «Безголовых всадников» не простые. Они обучены бить копытами не только задними, но поднятые на дыбы, бьют передними. Это специальная тренировка была на вооружении у конницы Чингисхана. Но конокрады Тавриды превзошли в своих тренировках даже великого татаро-монгольского предводителя. Они научили своих лошадей заходить в подъезды многоэтажных домов на любой этаж и мордой нажимать звонок. Так подростки забирали на прогулку своих подружек.
Представляете, - семья живёт на пятом этаже. Мама подходит к двери и смотрит в глазок, а там лошадиная морда. Мама в обморок, а дочка на холку коню и с другом на прогулку.
Не один милиционер не мог подойти к такой лошадке и снять с нее нарушителя. Преследовать на милицейских уазиках совершенно бессмысленно, так как всадник спокойно скакал напрямую через газоны и по пешеходным дорожкам. При этом мог выхватить из рук прохожего сумку, при помощи крючка сделанного на конце арапника. - (кнута).
…Не год и не два оглашает ночной Армянск стук копыт. Выстроена целая мафиозная структура малолеток начинающих свой жизненный путь с угона лошадей и грабежей на дорогах. 100 подростков состоят на учете в милиции отдельным списком - как конокрады. Многие из них прошли через приемники распределители и колонии для малолетних преступников.
Заседают комиссии, по делам несовершеннолетних, составляются отчеты. Инспектора по делам несовершеннолетних устраивают ночные засады возле загонов, где формально содержатся лошади. За рабочую неделю составляют по 60 протоколов. Инспектора исправно получают премиальные. Подростки предупреждены, родители оштрафованы. Всем погрозили пальцем, все запрещено, а «воз и ныне там»!
Всем становится еще хуже, а особенно беззащитным и безмолвным лошадям и несмышлёным детям, которых вовлекают в эти банды.