Взрослые в отчаянных конвульсиях собирают расширенное заседание комиссии по делам несовершеннолетних. Целый рабочий день воспитывают 12-15 летних “недоумков”, внушая им, что такое хорошо и что такое плохо. От родителей требуют домашнего ареста и воспитательных бесед со своими чадами.
Угнанные лошади стоят на привязи, под палящим Крымским солнцем без воды и пищи. Лишь на вторые сутки, когда родители уходят на работу и, отоспавшись до обеда, подростки вспоминают о привязанных лошадях. Пока добираются до своих схронов, проходит еще полдня. Несколько лошадей погибает от жажды.
Понимая, что как прежде, беспрепятственно прийти на баз и взять своего “любимца” невозможно, так как там милицейские засада, некоторые малолетние садисты решаются на умышленное уничтожение своих питомцев.
Детский максимализм и логика проста: «Свою лошадь я обучал и воспитывал не для того, чтобы конюх ее в телегу запрягал, а пьяный рабочий измывался да кнутом подгонял. Не бывать этому».
Малолетние негодяи загоняют лошадей и оставляют в лесопосадках, под палящим солнцем, на привязи без воды, ни в чём не повинных животных которые погибают.
Учителя школ организовывают своих учеников в поисковые отряды, которые занимаются поиском таких лошадей и отпускают их.
Как известно лошадь всегда возвращается домой, если ее не держать на привязи. И они возвращались:
Со сломанными ногами, с запаленными легкими, с выбитыми зубами. Один жеребец пришел, еле волоча ноги с огромной раной на груди, разрубленной топором. Рана была воспаленной и из нее сыпались белые черви.
На правом боку у вернувшейся кобылы была срезана шкура около 60см. в длину и 30см. в ширину. Срезанный клок шкуры болтался, доставляя, лошади дополнительные страдания, рана кишела червями.
Чиновники исправно получают зарплаты и премии, пишут отчеты, грозят пальцем и штрафуют родителей. Все идет своим чередом из года в год.
Бывшие малолетки становятся закоренелыми взрослыми хитрыми и изворотливыми преступниками. Они заставляют новых малолеток угонять из конноспортивных школ настоящих дорогостоящих скакунов, стоимость которых выше стоимости трёх престижных автомобилей. Жеребцов скрещивают со своими кобылами и отпускают. Уголовные дела составить невозможно, так как нет состава преступления, ведь жеребец приходит в свою конюшню.
В ряды конокрадов втягивают новых подростков и устраивают нелегальные скачки в степи. Где калечатся и лошади и дети.