– Ну что тренер не сработали твои дешёвые трюки с заламыванием рук и красивыми байками о конноспортивной школе? Я так думаю, что тебе недолго осталось. Этим малолеткам ты уже начинаешь надоедать со своими выдумками. Они воспитаны на воровских понятиях, а ты их навоз выгребать заставляешь. А это по понятиям – «западло»… Скоро они тебе всей толпой тёмную устроят, а если и дальше будешь путаться у них под ногами, то тогда точно шашлык сделают и на побережье отдыхающим скормят. Так что мой тебе совет, беги пока не поздно и оставь конокрадов в покое. Предоставь нам профессионалам заниматься этой бандой.
продолжение следует:
Глава -5)
"ПОСЛЕДНИЙ ШАМАН" - Крымская Таврида
...Я уже начал терять уверенность в своих силах и не знал, что можно ещё предпринять. Ведь если "конокрады" не поверят мне и не начнут подчиняться, значит, месяц прожит напрасно и моя затея с созданием конноспортивной школы провалилась.
...И вот однажды…
– Готов. Зажарилась птичка, ну кто жрать хочет, айда сюда, – закричал он издали, и отбросил птицу в сторону. Закрыв голову руками, шустрый, пыхтя и отряхиваясь от дождя, вернулся под навес.
– Вы знаете, эту птицу можно оживить. Принесите ее сюда, – сказал я.
Ребята рассмеялись, но шустрый сбегал и принес птицу. Я предложил всем убедиться, что она мертва. Затем положил перед собой, подержав над ней свои руки начал, проводить реанимацию.
Птица лежала у меня на левой руке, указательным и средним пальцами правой руки я резко и ритмично, но не очень сильно надавливал на грудь птице, бормоча при этом молитву и какие-то несвязанные между собой слова. Через каждые восемь – десять надавливаний, я резко дул в клюв птице и встряхивал её…
Все ребята, стоявшие вокруг, вначале хихикали, но неожиданно крылья птицы вздрогнули, начали подрагивать лапки, она начала издавать какие-то звуки. Я продолжил манипуляции. У птицы открылись глаза, затем она перевернулась и села мне на руку, плотно обхватив когтистыми лапками мой палец. Все смотрели, затаив дыхание. Никто уже не смеялся. В глазах подростков я увидел одновременно изумление и испуг. Я подбросил птицу и она, отлетев от нас несколько метров, упала на землю.
– Я не пойду за ней, я боюсь, – прошептал шустрый и спрятался за старших, которые стояли, молча затаив дыхание.
Я вышел на дождь и, подняв птицу, принёс её под навес, стал объяснять.
– Эта птица живет за счёт нашей с вами энергии, поэтому не в силах далеко отлететь от нас. У неё электрическим током поражена часть мозга. Если у кого-то из вас есть в кармане лезвие для бритья или хороший нож, то я могу вскрыть ей череп и поправить пораженный мозг, после этого птица снова сможет жить и летать, как прежде, - таинственным голосом декламировал я.
Лезвия, конечно же, ни у кого не нашлось. Я представил, что творится у каждого мальчишки в голове.
– Если я сейчас достану свою бритву, и он начнёт вскрывать череп этой несчастной птичке, то меня может стошнить или я просто испугаюсь, а позориться перед пацанами, как то не хочется, – я был уверен, что так думает каждый мальчишка, стоящий передо мной.
– Раз уж вы не желаете участвовать в нейрохирургической операции, то я думаю, среди вас найдётся смельчак, который посадит эту птицу себе за пазуху и отдаст ей часть своего сердечного тепла?
Ребята с вытаращенными глазами и раскрытыми ртами, как заворожённые не моргая, смотрели на меня.
– Если смельчаков нет, то птица обречена на погибель, – сказал я и подбросил её над головой. Сделав небольшой круг, она врезалась в землю и беспомощно стала бить крыльями.
Вперёд вышел белобрысый, тот самый здоровяк, с нахальной ухмылкой, с которым я познакомился на вчерашнем собрании. Он тогда, по научению жирного инспектора ИДН, пытался показать мне - "Кто в доме хозяин"! Войдя в мой кабинет, где были собраны звеньевые, с банкой пива и с сигаретой в зубах, он начал куражиться и гнуть пальцы:
- И чо ты мне сделаешь? В угол поставишь или мамке пожалуешься? Ну тронь меня пальцем и я тебя посажу за рукоприкладство. Я же малолетка! А вот они все будут свидетелями, как ты приставал ко мне и пытался избить.