Выбрать главу

Храм возводился с большими трудностями и непредвиденными препятствиями.
– Точно, как наша Конноспортивная школа, – выкрикнул кто-то из ребят.
Начинали строительство, ещё в 1804 году и лишь в 1829 году кафедральный собор был освящен. Городу собор прослужил около 100 лет. Проект храма был разработан в 1816 году, он был одобрен царём Александром I и получил щедрое финансирование. Лучшие мастера со всей России были приглашены для строительства этого храма.
3 июня 1829 года состоялось торжественное открытие храма.
– Так ведь у нас сегодня третье июня, – раздался тот же голос из автобуса.
– Значит, сам Бог велел нам сегодня попасть в этот собор, – сказал я и вышел из автобуса.

Все подростки без исключения были поражены величием и монументальностью внутреннего убранства собора. С клироса доносилось приглушённое песнопение. Вначале ребята как цыплята сбились в стайку и глазели во все сторона.
Я подошёл к священнику, взял благословение, рассказал вкратце, кто мы откуда и попросил, как то помочь ребятам освоиться. Священник подозвал старушек, что-то им сказал, указывая на ребят. Старушки стали разводить мальчишек по храму, подводить к иконам. Ребята, один за другим подбегали к торговой лавке за свечами и нательными крестиками. У некоторых на щеках блестели слёзы. Некоторые брали нательные крестики и иконки для своих родителей.

За час пребывания в соборе, эти искалеченные детские "душонки" получили такой заряд, такое очищение и освящение. Священник вынес из алтаря крест и, приложившись к нему, каждый получил благословение. А в это время старушки пели псалмы.

– Вот бы мне мамку свою сюда свозить, она бы может и пить бросила, – со вздохом сказал один мальчик размазывая слезу по щеке.
В автобус возвращались молча. Никто никого не торопил, ни подталкивал.

В тот же день, водитель доложил парторгу, о том, что мы отклонились от циркового маршрута и посетили церковь. Чурсин в свою очередь, побежал к директору и потребовал, запретить мне вывозить "конокрадов" из села Перекоп.

По началу, я внимательно выслушивал парторга, что-то объяснял, в чём-то пытался убедить, но очень скоро понял, насколько пуст и безразличен был этот человек ко всему, что не касается его личной выгоды. После очередного приглашения в его кабинет, я купил бутылку водки, коробку конфет и палку колбасы. В магазине как положено, взял товарный чек и попросил выписать счет за подписью завмага с печатью. Поставил фломастером особые отметки, всё это сфотографировал и, придя в кабинет парторга, выставил всё у него на столе. Когда звеньевой ТКСШ, Николай Николаевич приехавший со мной и ожидавший в коридоре, срочно вызвал парторга в кабинет директора, я весь этот натюрморт сфотографировал ещё раз так, что бы было видно, что это кабинет парторга.

– Ну вот, совсем другое дело. Вы, наконец-то начинаете меня понимать, – потирая руки, заявил парторг, вернувшись в свой кабинет, – я полагаю, что стоит подумать о рекомендации вас в коммунистическую партию. Только в следующий раз учтите, что я предпочитаю армянский коньяк и побольше фруктов. Но ничего, для начала и водочка сгодится. Вам придётся написать заявление на моё имя, найти двух поручителей и милости просим в КПСС.

Парторг открыл сейф, достал гранёный стакан и налив в него больше половины водки, залпом выпил, занюхав колбасой.
– Ты конечно Сергей Александрович понимаешь, что процесс это не простой и требует времени, тем более что не все из руководства совхоза одобряют вашу работу. Но это я беру на себя.

– Товарищ Чурсин, вы меня извините, но мне надо ехать, там ведь без меня Бог весть, что может случиться.
– Да, да, конечно, я вас больше не задерживаю. Придёте ко мне через три дня, с заявление и соответственно…, – Чурсин молча, указал на стол, где стояли мои дары.
Выходя из кабинета, я тихо произнёс:

– «Бойся данайцев, дары приносящих»!
– Что вы сказали, – спросил Чурсин, наливая в стакан мою водку.
– Ничего особенного. Я просто процитировал классика марксизма-ленинизма, – улыбаясь, сказал я и вышел из кабинета.
– Вы что так долго, – я уж волноваться начал, спросил Николай Николаевич.

– Парторг предлагает в партию вступить, за бутылку армянского коньяка и кило фруктов.