— Подвозил к мебельному бородатого в спортивной куртке, с черной модной сумкой, — продолжал Иван Иванович «играть» на задержанного. — Тот принес из мебельного два поролоновых матраса, бросил на заднее сидение и вновь вернулся в магазин. Услышав крики: «Ограбили! Милиция!», Лазня Богдан Андреевич умчался и, как сам признался, на скорую руку начал организовывать себе «железное алиби»: спустился в шахту по вентиляционному стволу и тут же, черный от пыли, выехал по людскому. При досмотре у него в машине под ковриком обнаружены шесть с половиной тысяч рублей, накрытые сегодняшней «Вечоркой». Лазня категорически заявил, что это «не те» деньги.
— А что по бородатому? — спросил Строкун.
И Орач, хорошо знавший Евгения Павловича, понял, что тот смертельно устал, а главное, чем-то очень встревожен, иначе, зная, что задержанный в машине рядом с Иваном Ивановичем, не стал бы углублять тему разговора. Орач прижал трубку поплотнее к уху, стараясь сделать все возможное, чтобы задержанный не расслышал слов Строкуна.
— Пока все вокруг да около. Вот едем в...
— Ты, Иван, останешься на хозяйстве, — хрипел голос Евгения Павловича. — Я вылетаю со Смородиным вертолетом в Тельманово. Оттуда позвонили, к сожалению, с большим опозданием: в девятнадцать пятьдесят три дежурный по посту ГАИ попытался задержать «Жигули». Его обстреляли, видимо, из автомата. Машина сбила шлагбаум и ушла в сторону Таганрога. Убита какая-то женщина и тяжело ранен дежурный. Вот такова ситуация, майор Орач, — с прискорбием закончил Строкун. — Так что нужен мне твой бородатый. Если что-то пропишется, найди возможность проинформировать меня.
Рация замолчала. Иван Иванович передал трубку Сергею. Тот принял ее, не ослабляя внимания к дороге. Впрочем, улицы города в это время были почти пустынны. Сергей спешил.
— Не мог мой бородач стрелять в людей! — воскликнул Лазня.
— Почему именно твой не мог стрелять в людей? — поймал Иван Иванович Богдана Андреевича на слове: — Значит, ты его знал?
— Я же сказал; он перехватил меня на переезде. Открыл сумку, поманил поллитровкой. Я скосил глаза. В сумке, кроме бутылки, ничего не было. Откуда у него автомат? И потом Тельманово от нас — сто семьдесят километров. За полтора часа! «Жигуль» — не вертолет, даже если моего бородача и ждала под мебельным какая-то машина. Надо проскочить Донецк и Мариуполь...
Логика в доводах Лазни была. Но за годы работы в розыске Иван Иванович убедился, что порою факты рождаются вопреки всякой логике и здравому смыслу. Ну, не за полтора часа, а за час сорок пять одолеть на «Жигулях» сто семьдесят километров можно. Средняя скорость — около ста. Конечно, водитель при этом должен быть на уровне победителя автопробега Париж — Триполи — Кейптаун.
— Чувствуете, Богдан Андреевич, — предупредил Орач, — обстоятельства складываются отнюдь не в вашу пользу. Вооруженное ограбление магазина в составе банды — раз, нападение, опять-таки вооруженное, на пост ГАИ. Убита женщина и тяжело ранен милиционер при исполнении служебных обязанностей... И помочь вам выпутаться из такой халепы может только полная ваша откровенность.
Лазня неистово потряс руками. Он грозил отсутствующему бородачу.
— Втравил меня в это пакостное дело! Чтоб ты всю жизнь жрал собачье дерьмо! Чтоб ты сдох от холеры в тифозном бараке!
— Не многовато ли болячек для одного человека, Богдан Андреевич? — подивился Иван Иванович его брани.
— Встречу — башку, как курчонку! И по забору размажу!
Гнев Лазни был явно неподдельный.
— Но прежде чем этому бородатому башку, как курчонку... его надо встретить, а встретив, опознать, — подсказывал Иван Иванович тему для продолжения беседы.
— И встречу! И опознаю! — заверил Лазня.
— А мы вам в этом поможем, — поддакнул Иван Иванович. — Только размазывать его башку по забору, пожалуй, не стоит.
Лазня отупело смотрел на милиционера. Он не понял, чего от него хотят, он был одержим своей идеей.
Иван Иванович позвонил в прокуратуру дежурному. Необходимо было произвести обыск. Две точки: квартира и гараж, желательно одновременно, каждая минута на учете.
В бригаду на обыск, кроме прокурора, входят еще следователь и криминалист. А в две бригады... Иван Иванович знал, что на него будут ворчать, дескать, нельзя ли объединить эти объекты: гараж и квартиру. Нет, нельзя, не позволяют обстоятельства. Где-то с автоматом в руках разбойничает бородатый. И не один бородатый, их минимум — трое. И все вооружены. Чтобы выйти на их след, нужны какие-то данные. Идеальный вариант — отпечатки пальцев, набор которых есть в картотеке милиции. Если нет отпечатков, то что-нибудь иное, неординарное, к примеру, портрет, созданный фотороботом на основании описания свидетелями внешности преступника. В этом отношении, по убеждению Ивана Ивановича, Лазня уже «готов». Чтобы помочь ему «дозреть до мысли» быть предельно откровенным, майор Орач позволил ему послушать свой разговор с полковником Строкуном. Богдан Андреевич, кажется, проникся ответственностью.