****
Долгие, тоскливые дни потекли один за другим, летняя изнуряющая жара сменилась хмурой дождливой осенью. А не менее тоскливые взгляды, которыми Осип Никифорович неизменно провожал свою пару, ежедневно на работу, сменились смирением и апатией. И тут Евгения вдруг решила, что хватит квасить мужика, а то не ровен час в бутылку глядеть начнет, и стоит дело брать в свои руки. Судьба же распорядилась по-своему, в очередной раз спутав все карты.
Утром, когда Лукиново только осветили первые солнечные лучи, а жители продирали заспанные глаза, возвращаясь из мира снов и грёз, два лукиновских медика, погрузившись на старенький чихающий и вздрагивающий при каждом движении РАФ, на котором они вот уже тридцать лет бессменно ездили в район за медикаментами, отправились в райцентр по делам клиники.
Евгения, проснувшаяся до света и успевшая к этому моменту настирать белья и напечь пирогов с мясом и картошкой, намереваясь поутру снести часть внуку Проше, а часть своему незадачливому ухажеру, с тоской во взгляде проводила скрывшийся за поворотом старенький РАФик. А поскольку попытка примирения не удалась, стала собираться на работу. День ее прошел в тоске и каком-то мутном беспокойстве, гложившим изнутри. Она, едва не запоров партию свежего редиса, привезенного с Лукиновской Овощной Фермы, с трудом дождалась конца смены и, не заходя домой, прямиком отправилась в клинику. Столкнувшись с висящим на входной двери замком, всполошилась. Как оказалось позже, не зря…
Приехав в райцентр, медики наведались в Отдел Здравоохранения, затем на аптечный склад, для получения лекарств, покончив с делами и уже собираясь домой, Осип решительно рыкнул на своего коллегу и потащил его в ближайший ювелирный магазин, выбирать подарок его Евочке. И сколько Никифор ни противился, сколько ни твердил, что ничего в том не смыслит, Осип настоял на своем. В магазине они толкались от витрины к витрине около часа, споря и никак не сходясь в выборе подарка, что их приняли за грабителей и, вызвав наряд милиции благополучно препроводили в участок, до выяснения. И теперь незадачливый жених и его язвительный коллега могли вволю спорить и язвить на тему «выбора подарка и вытекающей из него подлянки. Воспользовавшись своим правом одного звонка, «Айболит» с трудом дозвонился до Велесовых не желая пугать Евочку. И уже через час обоих «стариков-разбойников» проводили в разрешительную, для сличения личностей и откупа под честное слово. У Велесовского Гелендвагена незадачливых хулиганов встречала Евгения Викторовна. Проводив Айболита хмурым взглядом вокруг машины, она приглашающе открыла заднюю дверь.
— Ну, что ж ты смотришь, Осип? Забирайся… — на красивом румяном лице играла зловещая улыбка, карие глаза метали молнии. — Дома поговорим… — Грациозно впорхнула в салон.
— Вот что за женщина? Волчица! Моя волчица! — бубнил довольный непонятно чем Осип, забираясь следом. Жизнь шла своим чередом, но этот шанс старый Волколак упускать был не намерен.
Конец