— Не соответствует моим требованиям. Сестра моя… Двоюродная, не обращайте внимания на её вид, умственно отсталая.
Вот же собака сутулая! Мало же мне от него комплексов прибавилось, так я ещё и недалекая?! Хоттабыч смотрит на меня, потирая затылок, и видимо, глядя на мой внешний вид, безоговорочно верит словам моего «братика».
— Слушайте, уважаемый Кузьмич…. Как ваше имя?
— Просто дед Кузьмич, меня так в деревне все кличут, поехали, отвезу вас в контору, хозяйка уже заждалась.
— Хозяйка?
Казанцев непонимающе интересуется. А дед Кузьмич, как самый качественный швейцар, справно закидывает в повозку чемодан Казанцева.
— Ну да, это жена председателя. Ух, гром баба, от такой живьем не уйдешь. Пока председатель умотал в соседний город, она вам тут все покажет. С утра вас дожидается.
Кузьмич уселся за свою коноламбу, а следом за ним, не глядя на меня, Казанцев брезгливо вскарабкивается на стог колючего сена, все ерзал как уж на сковородке, не мог найти для себя удобное положение, видимо не одна соломинка в задницу вошла, хотя… Тебе бы кол туда осиновый загнать и прокрутить пару раз.
— Долго тебя ждать?
Всё так же ёрзая на сене, он раздраженно обратился ко мне.
— С тобой я никуда не поеду, душнила.
Обиженно скрестила руки на груди и увела взгляд в сторону леса. Я конечно не злопамятная, но сейчас бы я его на этой повозке то переехала взад-вперёд.
— Уверена? Здесь тебе не Бостон, такси не ходят.
— Прискачу на козле.
Закинув руки за спину, он добавил.
— Ну, скатертью дорога, трогай Кузьмич.
— И твоим ногам не провалиться в компостную яму.
Кузьмич все возмущался что мол, нельзя меня одну оставлять, не дойду, утопну ещё в болоте, но под натиском Казанцева, все же эта карета унеслась в сторону деревни. А я… Схватила чемодан в руки и почапала следом…
— Проезжали же мимо церкви, ox… Зря святой водицы не прикупила… Ой, зря.
Сколько я уже так иду? Вечность? Самая убогая бомжиха сейчас выглядела наверняка лучше чем я. Посбивала до крови все свои ноги, разодрала о колкий щебень все кроссовки, которые как голодные собаки хлюпали своей подошвой вверх — вниз. Пару раз навернулась и шмякнулась в грязную лужу.
— Aaaaaaa!!!! Если на земле существует ад, то он находится здесь.
Очередной раз плюхнувшись в грязную лужу, заорала на весь поселок, довела своим ором всех белок наверно до инсульта. Голодная….. Холодная… Уставшая… Да и ещё попавшая под проливной ливень, еле волоклась и все проклинала Казанцева, но все же, гордо встала и с горем пополам дошла до площади. Спасибо местным, указали путь дорогу, правда, напугала их до ужаса своим видом, а одна бабка вообще, чуть веслом меня не огрела. За то, что её дед предложил меня провести до конторы. В итоге, бежал и дед без оглядки, и я, летела так, что от страху быть покалеченной, потеряла один кроссовок.
— Ооо, а я уже хотел обратно за тобой ехать, искать пропажу.
Устало села и откинулась на спинку садовой скамейки, запрокидывая голову назад.
— Где эта блоха маразматичная?!
— Братец твой?
— Не брат он мне более
Дед лишь усмехнулся и кивнул в сторону небольшой конторы.
— С хозяйкой за дом договаривается, ступай, познакомься, а опосля, жду вас у себя, банька подоспела, приведешь себя в порядок.
Молча согласилась и вошла в длинный коридор. Найдя нужную мне коморку, офигела при входе, глядя на довольную рожу Казанцева. Сидит расплываясь в лучезарной улыбке, да мило воркует видимо с этой хозяйкой. Расслабленно уселся в кресле, и попивает чаек с зефирками, а над этим плешивым, суматошно суетится облезлая ворона.
— Как же нам все-таки повезло, такой перспективный, приятный, молоденький участковый. Думаю, вам у нас очень понравится…. Уж я об этом позабочусь.
Приторно пропела и своими огромными бидонами, практически уперлась в наглую морду Казанцева, ещё немного и перекроет кислород этому блаженному, а он даже и не рыпнулся.
— Ты бы братец кислородную маску то надел..
Сидит со своей дЭбильной, наглой ухмылочкой и как придурок пускает слюни. Все…. Пустили козла в огород, сейчас он этой капустой в футбол то сыграет. А мне на минуту даже некомфортно как-то стало, опустила глаза на свою небольшую грудь, хоть ты ваты туда пихани, а то конкуренция в виде этих нафталиновых шариков для моли, сейчас уверенно занижали мою возвышенную к облакам самооценку.
— Смотри не подавись, «братик».
Оба резко переведи свой взгляд в мою сторону.
— О… Леший, ты ли это?
Осмотрев мой внешний вид, который сейчас реально походит на чудище лесное. Он не сдерживается, ржет как умалишенный и чуть ли не хрюкает от смеха.
— Евгений, это и есть ваша заблудшая сестра?
— Ага! Незаконно рожденная!
8 глава. Сама напросилась.
Озлобленно сдула со лба надоедливую прядь и направилась в сторону любителя мучного и нафталина, которым за версту веяло от его новой подружки. Проходя мимо этой кураги, намеренно задела её плечом.
— Проход, бабуль!
Она же все стояла и пожирала глазами этого Казанову, а меня как будто и не замечала. Как же меня окутала злость И безудержная ярость. Значит, я не соответствую его критериям, а замужняя бабка, выгодная партия? Ну, так ещё никто не оскорблял моё достоинство. Сама не понимала своих чувств, вот бесит до потери пульса, но глядя на окучивания бабули, хотелось спрятать этого бедолагу от её поглощающих глаз.
— Так, сестра значит…
— Потрепанная и побитая жизнью, я же вам рассказывал.
Этот придурок лишь нагло усмехнулся и отпил глоток чая, за который кстати говоря я сейчас готова была продать душу.
— Не хлюпай!
Раздраженно фыркнула, а сама мысленно нагоняла на него все проклятия мира.
— Так вы только с сестрой приехали? А ваша невеста, как же она отпустила вас одного так далеко.
— Да-а-а-а… Нет у меня невесты, не нашлась ещё та самая.
— Не поверю, как у такого привлекательного мужчины и нет второй половинки.
Душнила залпом осушает чашку с чаем и с дебильной улыбкой подмигивает мне. А старушка то времени зря не теряет, даже не стесняясь меня, уселась рядом с Казанцевым, накрывая своей ладонью его колено.
— Евгений, здесь вам скучать не придётся, я лично вам обещаю…
Этот недомачо, аж поперхнулся от такого напора. А мне прям так и чесались руки, подошла и хлопнула ему по плечу со всей дури. Секунды не прошло, как Казанцев стал давиться этим чаем ещё больше. Заперхал так, что чуть лёгкие не выплюнул. Я даже и бровью не повела, уселась рядом, взяла его чашку и просто с огромным кайфом стала отпивать медленными глоточками чай. Сижу и прожигаю его ненавистным взглядом.
— А колбаски случайно у вас не завалялось? Ну… Или там какого нибудь бутербродика с икрой?
Она смотрит на меня как на ненормальную. А что такого? Сколько я провела времени в поле, я ж ей не корова с луга траву щипать.
— Че? Нет… Ну хотя бы баклажановой икры, м?
Делаю ещё один глоток, да с такой жадностью. Кааайф…. Прям чувствую как горячий кипяток разливается теплом по венам. Сижу и все так же наблюдаю за этим дохляком, который уже был в цвет огромного фикуса, чахнувшего в уголке.
— Ну что же ты сидишь?! Сейчас твой брат задохнется!!
Шапокляк, подлетела к умирающему задохлику и все пыталась привести его в чувства, вертя своими молочными тарами около его уже практически синюшной морды, как будто его сейчас воскресят эти буйки.
— Не велика потеря.
Намеренно отпиваю глоток чая и громко хлюпаю. Ляпоооота…
— Женечка?!
Ах он уже ей Женечка?! Так и хочется сказать… «Эй, старуха Изергиль, убрала свои сморщенные огрызки от этого дрищугана! Пока к своим праотцам не отправилась.» Он уже покрывался затяжной синькой, весь в пятнах, судорожно хватается за горло, ловя жадно каждый спасительный глоток кислорода.
— Исчадие Ада!
Подрываюсь с места, и со всей дури, рукой врезаю ему по спине, мать моя, хруст был такой, будто я ему ключицу переломала.