— Так… Что там у нас…?
В первом лежат блинчики, по исходящему аромату, с мясом. Во втором, какие-то биточки с сыром и картофельное пюре. Только собираюсь все разогреть, как настойчивый стук в дверь разрезает эту призрачную тишину.
— Вернулась блять?! Нагулялась, овца запойная?! Крести задницу!
Озлобленно оставляю контейнеры в стороне, а сам направляюсь к двери. Специально закрыл её на ключ, чтобы слышать когда именно и в котором часу припрется коротышка. Отворяю двери и вижу совершенно не Лизу.
— Женечка, прости что так поздно, но…
На пороге дома стоит Натали и нервозно переминается с ноги на ногу, судорожно заламывая тонкие пальцы. Слегка прищуриваюсь, профессионально оценивая её внешний вид. Нервничает. Пугающий нагнетающий и бегающий взгляд по моему суровому лицу, видно как она взволнованна до предела.
— Натали, у вас что-то случилось? Что вы здесь делаете в такое время?
С её губ срывается шумный выдох, настороженно смотрю и приглашаю её в дом, но она и шагу не ступает, твёрдо стоит на одном месте.
— Женя… На берегу озера нашли труп девушки.
Противный свист чайника буквально закладывает мои уши. Стою в оцепенении и слышу каждый удар почерневшего сердца. Какой к хуям труп девушки?!
— Кто?!
Спрашиваю, а сам замираю. Да нет. Ну не может же быть, верно?! Скриплю крепкими зубами, прокручивая в голове гребанные картинки, как сейчас на берегу реки лежит бездыханное тело. В башке уже пронесся самый ужасный расклад. Сердце ебашит так громко, кажется ломает ребра изнутри. Сука! Это все из-за меня! Я виноват!
— Что ты молчишь?! Имя девушки?!
— Я не знаю… Я уходила как раз со смены, но мужики рыбаки, при разговоре между собой, описали её похожей на вашу сестру… Женечка… Мне искренне жаль…
Стою как вкопанный, смотрю на нее исподлобья и не могу понять, что она мне говорит.
— Повтори! Где?! Где нашли Труп?
Она снова невнятно щебечет про какую-то мертвую девчонку, которая похожа на мою сестру… На мою Лизу. Непроизвольно сжимаю внушительные кулаки, делаю глубокий вдох и срываюсь с места.
— Лизка… Ну ты же не могла! Сама кого хочешь доведешь до смерти…
Лечу, запинаясь кроссовками о сухие ветки, дыхание сбивается неимоверно, а мне плевать. Легкие сейчас выплюну, но добегу. Оказавшись на темно освещенном берегу, под бешеные удары сердца, я спустился к ручью, осмотреть мертвое тело и место предполагаемого убийства.
— О, а я уже хотел за тобой посылать голубей, тело осматривать будешь?
Тяжело сделать этого чертового вдоха. Тело… Нет блять. Ну не может там быть она! Не может! Я пытаюсь отогнать от себя дурные мысли, но не могу, в строне берега, вижу небольшие носилки, покрытые простой белой простыней. На улице лето, но глядя на кушетку, воздух леденеет мгновенно. Рядом все не затыкаясь трещит Никита, записывая что-то в блокнот. А я блять и шага не могу ступить. Оглядываюсь по сторонам, возле носилок громоздкий камень на котором, остались ярко-алые пятна крови, вид крови ещё больше вселяет чувства животного страха.
— Это она? Она?!
Даже не могу произнести её имя, отрешённо киваю в сторону носилок. Поправив оправу на тонких очках, Никита с тяжелым вдохом почесал затылок, а я нихера не могу понять, все мои мысли отражались будто тянущим свинцовым грузом, тащащим меня вниз, в глазах муторно темнеет, a в ушах сиреной воет противный гул.
— Да… Жалко девчонку, молодая совсем была, правда характер говнистый, ну, о покойниках либо хорошо, либо никак.
Прекратив писать, Никита перевёл взгляд на меня.
— Осматривать тело будешь, пока свеженькое? Или завтра? Ей уже спешить не куда… А вот мне, мне бы домой, я там картошки наварил, селедочки настругал, да с лучком, с уксусом, да под рюмочку, ммм… Так сказать, планы на вечер появились, а тут вон че…
— Да ты заткнешься или нет?!
Его бесполезный треп лишь сильнее разжигает во мне вулкан ярости, рычу на него зверем, возможно сейчас там лежит она… А этот идиот переживает о селедке с картошкой?! Дебила кусок! Я будто корнями прирос к этому песчаному берегу, поднимаю глаза к звездному небу, подавляя нападающий на меня приступ паники, ощущаю на лице мощным потоком резкий порыв ветра, который начинает завывать над берегом.
— Что там?!
— Да, там вообще кровавое месиво, множественные ножевые ранения, кстати, гематома на затылке, её явно не пощадили, выглядит это конечно..
Специально стою и будто пытаюсь оттянуть время, открутить мысленно его назад. В тот момент, когда я позволил Лизе убежать. Новый порыв ветра, внезапно слегка распахивает кусок ткани, освобождая небольшой участок бездыханного тела. Через простыню виднеются черные как смоль волосы с красным отблеском, в темноте слабо что видно, но вот отчётливо прослеживается в некоторых местах измазанная в обильных сгустках крови густая копна волос.
— Как теперь по деревне то ходить? Это уже второе убийство, кому это вообще в глухой деревушке надо? Зачем? Да её даже не ограбили, тупо взяли и распотрошили..
Я нихера уже не слышу, сжимая пальцами волосы на затылке, отрешенно смотрю лишь на труп. Не могу. Но мне надо видеть её… Надо! С трудом подавляю вязкую слюну и ватными ногами подхожу ближе. Чувствую как каждый удар сердца адской болью отражается в ребрах.
— Ошибка… Это ебучая, гребанная ошибка… Лизка… Прости…
Но все же, прикрыв веки, тянусь похолодевшей рукой и убираю простыню с лица, решительно собираю всю свою волю в кулак, распахиваю глаза и смотрю на лежащее на носилках тело. Ужасная картина, практически полностью бескровное и синюшно-белое лицо, которое пугает до ужаса. В башке только маячит один вопрос, какая тварь так издевалась над ней?!
— Сука! Суууука!!
16 глава. Расплата.
Просыпаюсь от неприятного чувства, кто-то пристально смотрит на меня. Медленно открываю глаза, голова раскалывается от пульсирующей боли. В глазах немного плывет, не могу сфокусировать свой потерянный взгляд. Машинально поднимаю руку, слегка дотрагиваясь до затылка, чувствую небольшую шишку.
— Твою мать! Огрели неплохо меня.
Замечаю рядом с кроватью гранёный стакан, который до верху наполнен чистой водой. Лихорадочно хватаю его, делаю жадные глотки. И только сейчас я замечаю, как напротив меня стоит вчерашний Каспер.
От нешуточного испуга стакан выпадает из моей руки. Мужчина не сводит своих пристальных глаз, надвигаясь в мою сторону, а в его грубых пальцах зажат топор. Сукаепттвоюмать!!! Окровавленный топор!!!
— Aaa!!! Не подходи ко мне! Я крещеная!
Вскакиваю с кровати как ужаленная, но тело не слушается, позорно падаю на деревянный пол. Незнакомый мне парень снова делает ко мне шаг, я испуганно подрываюсь с места и не обращая внимания на боль в голове, выбегаю из этого адового дома и как сумасшедшая лечу сбивая ноги о колкий щебень до своей избушки. На кухне с телефоном в руках восседал этот неотесанный пудель, в своей полицАйской форме. Гитлер хренов! Не обращая на него внимания, направляюсь к шкафу, надо снять с себя эту грязную одежду. Видя меня, он оторвался от смартфона и подлетел ко мне.
— Тебя где черти носят?! Где ты была все это время?! Ты хоть понимаешь что здесь творится?!
Меня всю трясёт от лютого испуга, а тут ещё эта каланча наматерилизовалась. Да, видок у него очень помятый, возможно даже не спал несколько суток и сопли в платочек пускал от моего исчезновения.
— Отвечай!
Хватает меня под локоть и безжалостно разворачивает лицом к себе.
Снова?! Серьезно?! Я уже вся заливаюсь от злости и замахиваюсь на него.
— Не смей!
Перехватывает мою руку так сильно, что я захожусь от боли, но вида не показываю.
— Руку убрал! Больше не смей ко мне прикасаться! Никогда! Слышишь?
— Где. Ты. Была?!
— У мужика, трахалась с ним до рассвета, унял свое любопытство?!
Прекрасно вижу по его растерянным глазам как в них вспыхнула болезненная ревность?! Именно! В них горел неугасающий огонь, который в данную секунду безжалостно выжигает его изнутри. Да… Сука, гори!!! Ты все прекрасно помнишь, урод! Больно, да?! Готова сейчас сделать ещё хуже, еще больнее. Женя в бешенстве от вброшенных мною слов, но быстро собирается и берет себя в руки.