— У меня есть предложение и просьба, господин Као, — поднялась молодая девушка с очень длинной толстой косой. — Вчера стало известно, что против общины Каньлай готовится карательная акция. В городок, в десяти километрах от общины, прибывают полицейские и солдаты из отрядов умиротворения. Помимо обычного оружия в полицейское управление завезены огнеметы. Значит, акция будет направлена на полное уничтожение общины.
— Что за причина этой акции? — спросил Као.
— Общину считают помогающей Вьетконгу, — ответила девушка. — И это действительно так. Мы должны помешать карателям.
— Каким образом?
— Во-первых, срочно послать туда хотя бы десяток наших бойцов с оружием. Во-вторых, любыми путями задержать выезд карателей на операцию, чтобы подготовить общину к обороне или увести ее в лес.
— Десяток ребят с оружием хотя и трудно, но можно выделить, господин Као, — сказал Ле Ван Киет, — а вот с планом задержать выезд карателей, который предложила Фыонг Тхи Ки и поддержал начальник штаба, я не согласен, так как он опасен и очень рискован.
— Да нет в нем ничего опасного, — сказала девушка, — многих полицейских я знаю, я ведь и сама из общины Каньлай. Я соберу группу молодых ребят и девушек, и мы устроим концерт для полицейских — местных и приезжих. Не могут они отказаться, увидев нас, — уверенно сказала Фыонг Тхи Ки.
«Не могут, — подумал про себя секретарь парткома, — если она подберет таких же красивых, как сама, то операция не только может задержаться, но и вообще не состояться».
Секретарь партийной ячейки и начальник штаба отряда Нгуен Ван Тхань сказал:
— Сестренка Ки все продумала, я одобрил ее план, хотя как раньше, так и сейчас повторяю: нужно быть осторожными и бдительными. Если каратели заподозрят что-то, они вашу бригаду быстро скрутят.
На следующий день после обеда в городок прибыла самодеятельная труппа артистов. На открытой площадке перед небольшим ресторанчиком, прямо напротив полицейского участка, они настраивали свои инструменты, а потом начали выступление. Фыонг Тхи Ки пела популярные вьетнамские и американские песни, пела задорно, весело, кружась и танцуя на площадке. Полицейские стали сначала выглядывать из окон, потом вышли на улицу, обсуждая внешность и голос артистки.
— Эй, красавица, — крикнул сержант, — а не переберетесь ли вы к нам? У нас тоже есть где разместиться!
— А разве к вам можно? — с ехидцей спросила Фыонг Тхи Ки. — У вас военный порядок, военные секреты. Нет, к вам мы боимся идти.
— Почему же боитесь? Раз мы приглашаем, значит, можно верить.
— Как, ребята? — обратилась Ки к своей бригаде. — Все-таки военные — наши защитники, а? Может, дадим для них небольшой концерт?
— Не раздумывайте! — кричали уже хором полицейские. — Мы вас и угостим хорошо.
И вот начинается подготовка площадки. Полицейские сами подметали асфальт, вытаскивали из помещения скамейки и стулья.
А Ки подсчитывала: сколько ушло на это время, сколько удалось отыграть его? Со второго этажа спустился офицер в погонах капитана и, наблюдая за приготовлением, бросил:
— Вы надолго-то не настраивайтесь, не забывайте, что нас ждут дела.
Наконец концерт начался. Сначала музыканты сыграли несколько известных мелодий, и полицейские дружно хлопали. Потом вышла Ки. Она была очень эффектна в своем розовом костюме. Полицейские так и ахнули. Каждую ее песню сопровождали криками и аплодисментами, требовали повторить. Ки не отказывалась, готова была петь хоть до рассвета.
Время клонилось к вечеру, уже протянулись длинные тени от деревьев, расчертив асфальт темными полосами. Капитан, наблюдавший за концертом из окна второго этажа, подал команду заканчивать. Солдаты загалдели, а Ки запела новую песню. На самой ее середине сердце ее оборвалось: она увидела подъехавшего на мотоцикле полицейского, который постоянно жил в общине Каньлай. Значит, он поведет карателей. Ки мучительно думала, что делать. И вдруг ее будто озарило.
— Господа офицеры! — крикнула она. — Последняя песня, которая только что появилась в репертуаре лучших американских певцов, будет исполнена только для вас. Прошу, господа офицеры, я жду вашего появления.
— Пожалуй, стоит уважить девчонку, — сказал капитан, — она развеяла солдатские думы. Пойдемте, господа.
Семь офицеров спустились вниз.
Ки превзошла самое себя. Она исполнила песню с такой теплотой и нежностью, что даже строгий капитан зааплодировал. Солдаты просто бесновались от восторга.