Постояв еще несколько мгновений Мессия отвернулась и спокойно отправилась в сторону главной улицы Герстена. Оставляя позади наполненный армией живых мертвецов город. И могилу последнего наследника Повелителя Преисподней…
На пустой, безлюдной улице лежало распластавшись одинокое тело. Леград лежал в той самой позе, в которой его бросил Дрейк. С раскиданными в стороны руками и запрокинутой назад головой. Словно в глубоком сне. Тихо кружась на его лицо приземлилась первая снежинка. За ней еще одна. И еще. Снежинки падали на лицо героя, медленно тая на еще теплой коже. Опустевшие лотки, несколько перевернутых в спешке палаток, пороги и козырьки, крыши домов и земля с темными следами крови — все припадало белым снегом.
Снежинки падали и на черную одежду склонившегося над мечником. Только что его не было, но вот прошел миг и он появился рядом, словно порожденный воспаленной фантазией призрак.
— Возвращайся, — прозвучал глуховатый голос из-под вытянутой маски. — Просыпайся, Леград. Ты нужен Оси. Ты нужен нам.
При звуке своего имени, мечник неожиданно пошевелился. И открыл глаза. Над ним стояла сама Смерть. Жнец в птичьей маске с неизменно траурным цилиндром на голове и смазанной человеческой кровью косой.
Глава восьмая
ЯРКОЕ ПЛАМЯ БЕЗДНЫ
Бооооом! Бооооом! Боооооом! Боооооом!
Кто-то бил в установленный на ратуше колокол. Бил с упорством достойным лучшего применения, весь последний час. Словно предупреждая жителей о приближающейся опасности. Звук разносился окрест над приземистыми домами, с поседевшими за вечер крышами. Ни в одном окне не горел свет. Ни из одной трубы не поднимался дым. Нигде не было слышно ни звука. Только шум неутомимого колокола, намекающий, что беда уже прибыла в Герстен.
Мимо непривычно пустой корчмы 'Дырявый башмак' шли двое, оставляя позади цепочки темных следов на тонком снежном полотне укрывающем дорогу.
— Что… что это все значит? — шептал, оглядываясь на одиноко скрипящие двери Леград. — Не понимаю.
Его спутник шел глядя жуткими провалами зеленых глаз вдаль. Висящая на плече коса была недвусмысленным предупреждающим знаком, как для живых, так и для мертвых.
— Владыка спустил привязь, — голос вроде бы разносящийся из-под маски, звучал и в самой голове мечника. — Я же уже объяснил тебе. Город вымер. Если кто и уцелел, то только на окраинах.
— Но зачем? — зябко кутаясь в изрядно потрепанную гвардейскую куртку спросил мечник. — Почему Он это сделал?
— Потому что давно этого желал, — пожал плечами жнец. — А сейчас представился случай.
— Владыка Мертвых хочет убить всех живых?
— Для тебя это новость?
Словив на себе пытливый взор гнилостно-зеленых глаз Леград некоторое время не мог найтись с ответом.
— Нас учили, что он охраняет Ось и следит за порядком, провожая беспокойные души за грань. А его жрецы присматривают за мертвыми и приходят за теми, чей час пробил, — вспоминая старые уроки, наконец сказал он. — Все в Оси так считают.
— Значит все в Оси ошибаются, — размеренно пояснил жнец. — Владыка всегда желал лишь одного. Идеального порядка в мире. В его представлении идеальным может быть только тот порядок, в котором никто не делает ничего лишнего. Суета живых его раздражает. Разве ты не знаешь, что раньше Повелитель Мертвых был неутомимым врагом всех прочих Владык? Пока они не уничтожили — с помощью героев, между прочим, — армии нежити и не разрушили Источник?
Леград наморщил лоб и остановился как вкопанный посреди дороги, вызвав недоуменный взгляд жнеца:
— Нельзя стоять. Я же говорил, что ты должен уйти отсюда как можно быстрее…
— Я слышал. Последнее время я вообще слишком часто слышу, что должен делать. И как правило от сильных мира сего. Скажи мне Смерть, зачем я тебе?
Мертвец на ратуше продолжал бить в колокол, по странному капризу Ниаза оповещая окрестности о страшной опасности нависшей над живыми. Жнец стоял неподвижно. Черный великан родом из детских страшилок. Длинная худая рука, больше похожая на высушенную птичью лапу обвела пустые жилища.
— Чтобы вся Ось не стала такой. Теперь когда Он снова почувствовал вкус давно утраченной силы, Он не остановится. Голод Ниаза может спорить в своих объемах лишь с его завистью.
Холод пробирался Леграду под одежду. Снег белел в его растрепанных волосах. Но настоящая зима в тот момент царила в его сердце. Словно бы ставшим сердцем целого города. Всей Оси.
— Ты хочешь, чтобы я, обычный человек, каким-то образом остановил Владыку Мертвых? Я должен сделать что? Уговорить Его? Упросить?