Ласково похлопав коня Борка по шее, Она вдруг цепко схватила наемника за ногу и буквально вырвала его из седла. Борк завопил от резкой боли, роняя арбалет и следом падая на землю.
— Ты что делаешь, сука чокнутая! — истошно взвыл он, от дробящего плечо удара мыском сапога. — Сука
Мессия подхватила орущее, роняющее слюну тело и без видимых затруднений швырнула его на добрых пять саженей, заставив врезаться в загудевший древесный ствол. На Борка посыпались мелкие ветки и остатки листвы. Что-то обязано было сломаться от удара такой силы и это сломалось — спина наемника. Треф потрясенно смотрел на Айвери. Такого он не ожидал при всем своем воображении и растерявшись не знал как реагировать. Для самой Мессии произошедшее носило столь незначительный характер, что она даже ничего не сказала. Айвери отряхнув ладони принялась деловито копаться в сумках наемника.
— Отдадим долги. — В одной руке Она держала тряпичного тролля, а в другой янтарно отсвечивающий на снегу камень. Тролль полетел в придорожный снег.
— Нет, подожди! — прежде чем Треф успел остановить Мессию, Та пальцами раздавила 'Стеклянную маску' и стряхнула угасающие осколки себе под ноги. Над рощей пронесся истерично-радостный визг получившей волю твари.
— Можешь идти куда хочешь, — сухо обратилась Она к растворяющейся дымкой кукле. — Ты свободен. За нами не суйся, в следующий раз я буду не столь добродушна. Это же относится к попыткам преследовать кого-нибудь из нас через любой промежуток времени. Лучше бы нам вовсе никогда не встречаться. Поедем?
Треф очень выразительно посмотрел на Мессию.
— Если тебе так легче, — заметила Она взбираясь в седло, — можешь считать меня слепым перстом рока. В конце концов этот кусок мяса мог с той же вероятностью умереть от упавшего с крыши камня. Или попасть на рога бешеной коровы. Фатум. Чтоб ты не думал, будто я сделала это исходя из личной неприязни замечу: как по мне он был вполне неплохим парнем. По крайней мере у ушастика было убийственное чувство юмора.
— Точнее самоубийственное, — мрачновато поправил Треф, глядя как принявший косматые очертания тролль склоняется над переломанным телом наемника. Борк не подавал признаков жизни и можно было надеяться, что он особенно не мучился. — Если личные причины не причем, в чем же тогда дело?
Мессия провела рукой по спутанной гриве своей кобылы. Лошадь всхрапнула от удовольствия подставляя под ладонь голову. Звякнули стремена.
— Считай это одолжением, — достаточно жестко сказала Она. — Наемник все равно рано или поздно прикончил бы тебя. Похоже его интерес поддерживался казной вашего общего нанимателя. Хотя кто знает — может как раз это было личное? В любом случае он бы не отступил. Ну так мы едем или ты решил понаблюдать за трапезой?
Из-под дерева где лежал Борк донеслись шелест опалой листвы, голодный хруст и громкое чавканье. Треф ощутил подступающую дурноту.
— Поедем.
И словно бы оказывая настигнутому слепым перстом фатума покойнику прощальные почести они не сказали друг другу ни слова, пока и роща, и раскинувшиеся за нею холмы не сгладились на ночном горизонте.
— Знаешь, — первым нарушил тишину Треф. — Я не так представлял себе апостола Света и посланца Небес.
Айвери ехавшая рядом и слегка убаюканная размеренным ритмом пути, ответила не сразу.
— Знаю. Ты ведь человек. Вы вообще, всех кто превосходит вас в силе представляете не слишком правильно. Или видите в любом таком отца-заступника. Или боитесь. Но никогда не беретесь понять одну простую в общем-то язви её мать истину. Никакая сила не терпит ограничений. Мораль, принципы, идеи… чем больше сила и чем меньше контроля над ней, тем скорее она все сведет в одну плоскость. В плоскость борьбы. Чтобы вырасти еще больше. Чтобы стать самой-самой. Остальное неважно.
Они почти одновременно натянули поводья, придержав лошадей — на дороге была выдолблена огромная яма из которой доносились звуки кирки и шел сильный запах дешевого пива. Мелкий кобольд был слишком занят, чтобы обращать на ночных путников внимание. Пришлось аккуратно объезжать (не дай Владыки, лошадь подвернет копыто!). Мессия тихо фыркнула, пробормотав что-то вроде 'гаденыш, и не боится ведь малиновых!'
— Теперь я наверное понимаю, почему ты не дружишь с Владыками. Там в Герстене… на самом деле Они все таковы?
В ночной тьме глаза Айвери время от времени начинали блестеть точно невидимые сейчас звезды. Они ехали рядом и Треф улавливал исходящий от Её тела аромат мирры.
'И как Ей не холодно?' — дивясь на легкость наряда, думал он про себя.
— Любой Владыка — Сила. И каждый из них воспринимает Ось по-своему. Каждый видит её несовершенной. Заготовкой которая может стать идеальной только в Его руках. Сегодня тебе повезло. Ты увидел кусочек, крохотную толику той совершенной Оси в создании которой видит смысл своего существования Ниаз.