— А СМБ? — неожиданно спросил демон на имя Клейрехон, один из тех кто наплевав на приличия явился в своем истинном облике, разительно отличаясь от симпатичных, но похожих как маски людских личин преобладающих в Алом Зале. Выглядел он как огнедышащий носорог с четырьмя руками. — Долго они будут вмешиваться в наши дела?
— Они нам помогают, — с легкой улыбкой пояснил Рахгивар, запоминая выражение неудовольствия на лице демона. — Когда наведем порядок, любезные господа из магической безопасности нас покинут. С этим я кстати связываю свой первый указ на посту…
В охваченном тишиной зале с грохотом распахнулась входная дверь, перебив оратора на самом интересном месте. Под острые своды ступил человек в рваной серой одежде. На плечах его колыхнулся плотный явно магического происхождения плащ. Стоявшим у выхода 'ювелирам' были прекрасно видны лежащие в галерее тела людской стражи.
Человек шел по залу, между рядов почтенного демонского сообщества, поигрывая отобранным у кого-то из убитых фальшионом.
— Здравствуй, Рахгивар-предатель, — еще издали весело прикрикнул он, подставляя свету факелов черноволосую голову, с закрывающей один глаз бурой повязкой. Второе его око опаляло опешивших зрителей неистовством Бездны.
Все присутствующие в зале почти одновременно почувствовали как воздух буквально заполняется бурлящим хаосом, порожденным столкновением двух Великих Сил. Пришелец не уступал по мощи Оку Бездны.
— Убить его! — отчаянно взвыл Рахгивар. Маги ударили по пришельцу взведенными точно арбалетные болты заклинаниями. Но их жгучая зеленая пыль, тянущие когтистые лапы серые призраки и золотистые вихри буквально растворились, спаленные валом прокатившимся от вооруженной мечом фигуры. Удушливый жар опалил лица сидевших в первом ряду. На несколько мгновений тронный зал оказался расколот надвое необычайной завесой. Между троном и лавками гостей полыхало, безумно шипя столь яркое пламя, что оно буквально выжгло все тени Алого Зала. Демоны закрывали лица руками и отшатывались прочь от бушующей стены Силы. Злой. И удивительно знакомой каждому из племени Падших. Когда из огня с ревами боли выскочил один чудом выживший охранитель, вооруженный тяжелым топорам, пришелец не стал размениваться на магию. Зигзаги волнистого лезвия мгновенно располосовали нападавшего, вскрыв кирасу, точно яичные скорлупку и представив демонский труп сапогам одноглазого.
Едва пламя стихло, всасываясь вместе с останками своих жертв в радостно трепещущие костры он уже стоял у нижней ступени, задумчиво рассматривая Рахгивара. От гнева кровь прилила к человеческому лицу Высшего и сделала то практически черным.
— Каково это? — спросил огнеглазый, — предать своего Творца и Властелина, поступив в услужение к его врагам?
Рахгивар бешено взревел, пробуждая свой истинный облик и силу дареной магии. От колонн и самого трона потянулись ветвящиеся тени закружив вокруг увеличивающегося в росте Высшего. Пробуждаясь, перед троном ворочалась Тень. Провал в бесконечное ничто. Но ничто не могло смутить явившийся в Алый Зал призрак минувших дней. На глазах у зала он резко подался вперед, пустой ладонью гася магию Тени и вильнув под восьмипалой лапой, вонзил фальшион в горло Рахгивара. Брызнувшая струя крови запачкала исказившееся лицо и руки одноглазого, потекла по подбородку и дрянной одежке. Высший захрипел подаваясь назад — незавершенное превращение, сделало его жутковатой помесью человечьих и демонских черт с черной выпуклой мордой и людскими ногами. Нога подвернулась и Рахгивар упал на ступени, прижимаемый сверху мечом пришельца. Свободной рукой одноглазый впился в оскаленную морду чудовища и прошипел в неё:
— Ты кланялся им при жизни, потому и подыхай как они! — ярко-бирюзовое пламя из кончиков пальцев растеклось по морде Рахгивара насильственно, рывками, возвращая ему человеческий облик. И одновременно вытягивая из Высшего жизнь. Что значила любая магическая защита перед лицом того, кто овладел силой Создателя?
Тело на ступенях отчаянно бесновалось. Потрясенно застывший зал видел как одноглазый вырвал фальчион из поливающего кровью ступеньки горла и смерил задумчивым взглядом металлическую колонну, раскинувшуюся словно причудливое дерево, позади трона.
— Воздайте-ка этому предателю заслуженную награду, — бросил победитель неведомо кому. И тут в зале разразились возгласы и даже проклятия. Потому что плащ на одноглазом распался десятками хихикающих огненных линий, легко подхвативших тело Высшего со ступенек.
Глаза Рахгивара сузились от боли, превратившись в желтоватые щели. Да так и застыли, когда он уронив голову на бок повис на пробивших плоть крючьях. Руки, ноги, живот, грудь — тело превратилось в залитое черным полотнище. Вниз полилась ловимая ртами троллей кровь, брызги которой тяжело попадали на изголовье древнего трона. А одноглазый, всадив меч в треснувший пол, медленно опустился на престол Правителя Преисподней.