Но на ум всегда приходили только чьи-то похороны и фиолетовая магическая вспышка за кладбищенскими деревьями. И ничего о себе.
Как её звали? На этот вопрос Дария отвечала механически, не узнавая даже собственный голос, потому что говорить здесь было не принято таким, как она: «заключённая номер двенадцать». Цифра на её двери.
Совпадение её номера и количества лет, проведённых в стенах Рамалана, вызывали горькую усмешку. Где-то в глубине души, сознания. На деле Дария не выражала никаких эмоций. Только крик. Громкий, надрывный, раздирающий. И только тогда, когда астральные путешествия по другим измерениям, свободные ходы в которые надёжно хранились в её сознании, давали сбои в системе наблюдения. Надзиратели сбегали за эльфийским целителем, который что-то колдовал над Дарией, и становилось легче.
По крайней мере, так хотелось. Тяжело было слишком долго.
Возможно, эта точка невозврата и стала решающей. Так не должно было продолжаться. Дария - не подопытный кролик, как считали особо саркастичные надзиратели, и не оружие, как утверждала Терра Адьяр. Дария - человек, жизнь которого рассыпалась в пепел двенадцать лет назад. И пусть она ничего не помнила о себе прежней, она хотела найти выход. Обратить свою силу против Рамалана. Ожидала ли такого Терра?
Дарии хотелось знать.
Девушка замоталась в тканевый кокон, в попытке спрятаться от зла, нависшего над ней. За стенами стонали, хрипели и кричали такие же заключённые, как и она. Они не сдерживали эмоции, не прятали их в тайник глубоко внутри себя, не лгали чувствами. Дария не могла так. Кусала руки, щипала бледное тело до синяков, стонала от боли в подушку, но не кричала. Эмоции - слабость, слабость - смерть. Она не помнила, где услышала эту фразу, но повторяла её, словно мантру, в особо тяжёлые моменты. И вновь становилось легче.
Или так хотелось.
Замочный механизм издал неприятный звук, прежде чем дверь открылась, и на пороге показались двое: парень и девушка, едва ли старше самой Дарии, облачённые в традиционную рамаланскую форму. Алхимические знаки на груди являлись отличием их стихийных сил.
Иногда Дария размышляла об их магии. Должно быть, она красивая.
- Госпожа ждёт в тренировочном центре, - произносит парень, в то время как девушка помогает Дарии подняться на ноги. Поспать не удалось, а, значит, тренировка будет безрезультатная, за что Дарию лишат обеда, ужина, спокойствия и памяти. Так было всегда. И вряд ли что-то изменится.
***
Дария еле ноги волочит, поспевая за двумя надзирателями. Оглядывается по сторонам, замечает редкие лица заключённых в окошках их дверей. И серые цифры: 10, 9, 8...
Между первой и второй камерами они переходят в другой коридор, скрытый тяжёлой железной дверью, чтобы в случае побега, - что бывало крайне редко, - заключённый не удрал дальше коридора камер. Там вновь мелькают лестницы, по которым Дарию буквально тянут за цепь, прикреплённую к магическим наручникам. Боятся, что применит силу измерений и отправит их куда-нибудь подальше. Только вот сил не было. И смысла.
Войдя в тренировочный центр, Дария вдруг остро ощутила свою ненужность. Нет, безо всяких сомнений, она была катастрофически нужна Терре Адьяр, для научных исследований её силы мага-скитальца, но это было не то. Дария помнила слова одной из заключённых, которые та бормотала, идя по коридору в сопровождении четырёх надзирателей: «человеку нужен человек», это была её мантра. У всех заключённых она своя. Это едва ли помогало не потерять себя и оставаться наплаву ещё какое-то время, пока маги-учёные выкачивают из тебя столько информации, сколько требуется им.
Человеку нужен человек. Дария не понимала этого. Она не помнила, была ли нужна кому-то там, за Рамаланом. Возможно, раз она всё ещё здесь, то никому. И, самое страшное, что это не вызывало никаких эмоций. Только стойкое безразличие. И, предположительно, злость. Да, пожалуй, эмоции были. И эти эмоции направлены лишь на одно - побег.
***
Терра наблюдала за искрами магии, которые выскакивали из-под пальцев Дарии, пока та колдовала портал за одну из дверей своего сознания, с присущим предвкушением чего-то особенного. Сильно ожидаемого. Успеха.
Но искры лишь хаотично роились в вихрах её болезненных движений, никак не складываясь в портал.
А Дария чертила, чертила, чертила. Сначала в один мир, потом в другой, третий и так до бесконечности. Но ничего не получалось.
Позже Дарию увели, вновь заковав в рунические наручники. Хотя, если учесть её неспособность сколотить портал, то надобность в мерах предосторожности резко отпадала. Только вот рамаланцы были ещё теми параноиками. И это неплохо отравляло жизнь.