Она не заметила, откуда появился новый человек - голубоглазый, улыбчивый, в светлом комбинезоне. Осторожно взял ее за локоть и повел вперед, повторяя: "Поначалу тяжело, но ты привыкнешь. Потренируешься немного и будешь бегать тут быстрее, чем дома, вот увидишь". Белая дверь разошлась под его рукой, он подтолкнул Рату вперед и шепнул чуть слышно: "Храни свой дар и помни - ты в самом начале пути".
Он странник! Рата обернулась - стремительно, забыв про головокружение и усталость, - но створки двери уже закрывались у нее за спиной. Успела лишь увидеть, как провожатый кивнул и помахал на прощание.
Здесь тоже пахло лавандой. Круглую комнату разделяли пластиковые занавески, и оттуда, с невидимой половины, доносилось кликанье приборов, шаги и голоса. Рата нерешительно двинулась навстречу звукам, но тут занавесь зашуршала и скользнула в сторону, пропуская высокую женщину.
Та взглянула на Рату, повернула браслет на запястье, и в воздухе между ними вспыхнул экран. Женщина быстро пробежала глазами по строкам - острые значки и символы были Рате незнакомы, - уверенно сдвинула в сторону светящуюся плоскость и направилась к столу. Экран плыл за ней, словно тень.
"Не бойся, - сказала женщина и поманила Рату. - Мы просто немного поговорим".
Рата подошла, послушно села рядом и подумала: Она будет меня допрашивать.
Женщина назвалась и начала задавать вопросы. Голос ее звучал дружелюбно, она то и дело касалась руки Раты, словно желая успокоить. Но смотрела отстраненно, оценивающе и каждым новым вопросом пыталась пробить брешь в сердце Раты.
Как долго ты была в секте странников? Как с тобой обращались? Поручали что-то неприятное? Почему ты решила уйти?
Допрос. Каждое слово - вразрез с тем, что Рата знала, чем жила. Прежде чем отвечать, Рата делала глубокий вдох, вспоминала Корабль. Рассказывала о своей жизни, учебе, странствиях среди звезд, о книгах, друзьях и Капитане-Наставнике. Умолчала лишь о комнате, опоясанной кругами света, и о своем даре.
"Я хочу найти свой путь, - сказала Рата. - Место, где я нужнее всего".
Женщина улыбнулась - по-настоящему, даже глаза ее потеплели, - и погасила экран.
За занавеской у Раты взяли кровь, ужалили медицинским пистолетом в плечо и велели проглотить красную таблетку. Женщина, допрашивавшая Рату, стояла в стороне, разговаривала с кем-то невидимым. "Без изменений, - услышала Рата. - Не будем пока их трогать. Пусть летают".
Больше допросов не было.
Привыкнуть к новой жизни оказалось легко. Каждый час был расписан: тренажерные залы, тесты, определявшие, что Рата уже умеет, учебные классы, где она узнавала новое. А вечером каюта - здесь ее полагалось называть "жилой комнатой" - просторная и светлая, с окном-экраном над кроватью.
Техника здесь была отлаженной, безупречной - так непохожей на ту, что Рата привезла из дома. Ее залатанный скафандр был сделан десятки лет назад, сколько людей его носили? Прибор-переводчик казался теперь неуклюжим древним монстром: Рата цепляла его клипсой за мочку уха, а здешние переводчики были прозрачными, тонкими, клеились на висок. И, наверное, никогда не запинались, не замирали в поисках слов.
Как и танкер, станция не говорила - дышала холодным, неживым молчанием, когда Рата тянулась к ней. А Корабль отзывался всегда, стоило лишь позвать.
Говорить с ним было радостно и больно. Знакомое тепло расцветало в груди, и Рата улыбалась, позабыв усталость. Но с каждым днем все сильней понимала, что значит скучать по дому. Да, Корабль был с ней, его голос окутывал и поддерживал, не давал отчаяться. Но Капитан, подруги, все странники - стали недостижимы, увидит ли она их когда-нибудь? Рата пыталась отыскать на станции светловолосого странника, того, что встретил ее в первый день, но не смогла.
Она не жаловалась Кораблю, он понял все сам.
Закрой глаза, сказал он. Представь, что ты в каюте дара.
И, когда Рата зажмурилась и представила вокруг себя и над собой кольцевые реки света, показал ей себя.
Рата замерла, едва помня, что нужно дышать, - увидела рубку, первого пилота, склонившегося к панели управления, и незнакомое солнце, огромное, сияющее впереди.
Включая камеры одну за другой, Корабль провел Рату по коридорам и каютам, открыл зеленый сумрак оранжереи, темную библиотеку, тихую столовую. Показал странников - почти все сейчас спали, кроме дежурных. Рата почувствовала, как слезы подступают к глазам, горят за закрытыми веками.
С этого дня ей стало проще. "Часть твоей души останется с нами", - сказал Капитан-Наставник, и только теперь Рата ощутила, что это правда. Все еще тосковала, что не может поговорить со странниками, не может их даже услышать - все, что показывал ей Корабль, было беззвучным, - но чувствовала, что они рядом.
Однажды Корабль показал того, кто пришел ей на смену.
Рата увидела, как он выходит из шлюза - уже без скафандра, в сопровождении Капитана-Наставника и второго пилота. Рата попала на Корабль изувеченным ребенком - а этот был здоровым и взрослым. Капитан что-то говорил ему, а новичок озирался, бросал затравленные взгляды по сторонам. Кто он, контрабандист, пират, беглый преступник? Рата помнила слова Капитана: "Никто не попадает к нам просто так", но все же не могла понять, зачем Кораблю такой человек.
Его отвели в каюту, и на миг Рата перестала видеть - такая злая, жгучая ревность взорвалась в сердце.
Это была ее каюта - вид открывался сверху, под странным углом, но Рата узнала откидную кровать, стол, ниши в стенах. Она помнила каждый уголок, могла бы пройти в темноте, не споткнувшись. И вот теперь этот чужак, еще не понимающий, что такое быть странником, сидит на ее кровати, считает ее каюту своим жилищем! Он ничего не знает про Рату, и скоро и все остальные забудут, что когда-то она жила здесь.
Я люблю вас всех, с укором сказал Корабль и погасил камеру.
Когда обучение закончилось, ее вызвали на аттестацию. Рата вошла в светлый полукруглый зал и сперва увидела сад за огромными окнами. Стекла были сдвинуты, слышался шелест листвы. Ветер касался кожи, нес запахи зелени и влажной земли.
Рата уже не раз бывала в садах станции, но мысли все равно разбежались, дыхание стало медленней и глубже. Поэтому она не сразу заметила комиссию - троих, сидевших за длинным выгнутым столом.
Слева сидела женщина, допрашивавшая Рату в самый первый день. Как и тогда, мерцающий экран висел в воздухе, заслонял лицо. Рядом устроился куратор - он виделся с Ратой каждый вечер, давал задания и проверял результаты. И сейчас приветственно взмахнул рукой и улыбнулся, широко, открыто. Третий был Рате незнаком, но такие как он, смуглые и темноволосые, часто появлялись на станции - прилетали с туманной планеты.
Рата готовилась к экзамену, но вместо этого ей задали несколько бессмысленных вопросов: как она живет на станции, с кем общается, где бывает. А потом перед ней зажегся экран со списком, и смуглый незнакомец спросил: "Ты что-нибудь выбрала?"
Это был перечень доступных специальностей - тех, для которых ей хватало умений и навыков. Список прислали заранее, Рата внимательно изучила его и все решила. Но сейчас перечитала еще раз - чтобы не показаться легкомысленной и убедиться, что нужная строка на месте.