Глава 29. Бомжи
Работающий неподалеку вентилятор, похоже, обслуживал не тоннель метро, а технические помещения, поэтому был относительно маломощным.
Гудел он негромко за решеткой слева, и до Майкла сверху доносился уличный шум, проникающий через отверстие с металлической сеткой в потолке камеры.
Через это же отверстие струился слабый уличный свет, который был не прямым, а попадал в камеру сверху из уличной надстройки.
Глаза Майкла еще не привыкли к сумраку, и он пошел вдоль стены, в поисках лестницы, беспомощно ощупывая воздух, пока не споткнулся о зашевелившееся человеческое тело.
– Уу.. Йо, – завыл кто-то под ногами, а из сумрака, выдвинулось несколько теней, которые, обступили его со всех сторон.
Вспыхнул фонарь и Майкл, разглядел вокруг несколько плохо выбритых лиц – трех белых и одного негра. От них пахло водкой и едой. Сразу стало страшно и холодно.
Ближе всего к Майклу стоял белый – коренастый тип в армейском берете, и синей униформе с надписью ‘Тверская управа. ЦАО’.
Лицо его была искалечена шрамом от ножевого ранения сверху донизу, отчего, обвислое с одной стороны и подсвеченное фонарем снизу, приобретало зверское выражение.
– Да это же бомжи! – догадался Майкл, вспомнив уроки, которые давал ему Владимир, а между тем, появление Майкла местных не обрадовало – бомж со шрамом, злобно косясь на него, в чем–то убеждал товарищей.
– Переводи с русского, – шепнул Майкл своему компьютеру, и тот, приняв команду, начал синхронный перевод русских слов и выражений, выводя звук в левое ухо.
Русский, со зверским лицом, вертя в руках большой хозяйственный нож, убеждал остальных: – Там шмон на воле – фраера этого ищут. Щас за ним менты придут, а нас за укрывательство возьмут – мочить его надо.
На Майкла оценивающе посмотрели неприветливые лица, и он, отступил к стене, ожидая ударов, но к ним, поднявшись с раскладного кресла, уже шел бомж, в хорошо выглаженном костюме кремового цвета, вполне интеллигентный с виду. Смотрел он на Майкла без вражды и с любопытством.
– Мы, что – суки? Замочить не по понятиям: ментам помогать – за падло, – сказал бомж коллегам.
– Не надо меня мочить, я и так мокрый, – пожаловался Майкл по-английски, показывая свою куртку на животе, после чего интеллигент перевел сказанное им на русский и в бункере грянул гомерический хохот.
Отношения с бомжами, похоже, начали устанавливаться.
– Как зовут? – спросил его бомж со шрамом.
– I am sorry. Я Вас не понимаю, – используя немногие слова, которые знал, попытался объяснить Майкл.
– You spear English? – спросил его интеллигентный бомж.
– Yes, I Do, – ответил ему Майкл.
– What is you name? – спросил интеллигент.
– Mike, – ответил Майкл.
– Миша его зовут, – перевел интеллигент бомжам и к Майклу для рукопожатия потянулись руки.
– Квазимода, – представился человек со шрамом на лице,
– А я Борис, – назвал свое имя интеллигент и предложил, показывая свободный матрас в углу бункера. – Занимай шконку! It is а bed.
Майкл переместился на матрац, разглядывая местный люд со стороны. Бомжи, как ни странно, одеты были вполне прилично, а Борис даже, на уровне офисного служащего. Что отличало их от людей на улице, так это запах пота и сырых тряпок.
– А вдруг бомжи только притворяются, – мелькнула у Майкла в голове мысль и он, нащупав под собой металлическую пластину, оказавшуюся блюдом из нержавеющей стали, стараясь сделать это незаметно, засунул ее под куртку на уровне груди – теперь, если его ударят ножом, то крепкая сталь может защититься.
– Кто за тобой гонится? – спросил Борис по-английски, и Майкл хотел объясниться, но тут в потолке камеры со скрипом открылся люк, из которого раздались голоса – кто-то разглядывал камеру сверху, подсвечивая себе фонариком. Пришлось ему спешно зарыться в матрацах.
– Сейчас бомжи выдадут? – вертелась в голове гадкая мысль.
А голоса в потолке продолжали разговаривать между собой: – Вот здесь, посмотрите, товарищ майор. Они тут все сидят, пока я не разрешу выйти.
– Чтоб утром их выставил! И сколько ты берешь с них, Коржаков? – спросил голос майора.
– Да ладно, товарищ майор, как все, так и я. Зато камера под контролем: люди все проверенные, выходят наверх по команде и убирают за собой каждый день. У них даже старший есть: – Эй, Стравинский, строй всех!
– Стройсь! Лица показать! – скомандовал Борис, и бомжи выстроились в шеренгу, подняв глаза в сторону люка.
– Эх, резануть бы вас всех из автомата, да выгребать из ямы не охота, – огорченно сказал Коржаков.