– Да, это моя бывшая сотрудница, совершенно невинная девушка. Ее в чем-то обвиняют?
– Несколько дней назад она написала письмо на телевидение с заявлением о якобы грядущей из космоса катастрофе. А на следствии заявила, что эти данные получила от тебя.
– Но разве, запрещено разговаривать о космических явлениях, и где об этом написано в законодательстве? – выпалил Майкл.
– Ну, ты и попался, как рыба на крючок, – Терминатор зловеще ухмыльнулся.
– Представляешь Кондор! Эти слухи могут обрушить всю экономику и систему власти. На улицы выйдут разнузданные банды убийц, мародеры, мигранты, которым нечего терять, и которых некому остановить. В общем, твои разговоры попадают под статью о распространения закрытых данных, панических слухов, которые могут нанести ущерб государству.
– Но ведь это правда! – воскликнул Майкл.
– Может быть и это так, но вы распространяли закрытую информацию несанкционированно.
– Уверен, что это не уголовное преступление!
– Как сказать – по закону о чрезвычайном положении за это ждет административный арест и заключение в тюрьму до отмены этого положения.
– Не думаю, что вы меня посадите!
– Тебя нет, но твоя подруга Бертон уже сидит! – продолжил шантаж Терминатор.
Представляя методику полицейских допросов, Майкл не сомневаться, что его будут допрашивать долго, противно и до изнеможения.
Что бы получит передышку, он, сдерживая отвращение, перешел с Брауном на «откровенный» разговор:
– Скажи, а сколько ваша фирма получит от правительства за Лиз Бертон?
Лицо Терминатора, стало благодушным, он что-то мысленно подсчитал и довольно ответил:
– Ну, порядка 50 тысяч долларов. Она еще пыталась выйти на прессу, к своему конгрессмену, в общем, попортила крови властям. Кстати, ты законно можешь получить долю, если заявишь на кого-то или обличишь того на следствии, например Бертон.
– И как вы ищете преступников?
– О, это проще простого – мы даже не вдаемся в суть. Просто все действия человека фиксируются на электронных носителях: телекамеры, банковские проводки, телефонные звонки, электронная почта, отпечатки пальцев и многое другое. Остается лишь задать имя, и компьютерная программа сама выявляет преступления и причастное к этому криминальное сообщество.
– Ну и что вы накопали на меня?
– Твои данные, как Избранного, закрыты, но у меня целый список твоих знакомых и на всех что-то есть. Это и контрабанда технологий, и приготовление к незаконному пересечению границы, действия вашего клуба, как иностранного агента, а так же уклонение от уплаты налогов и подрывная деятельность. Это на сотни лет заключения. И тысяч на 300 долларов прибыли нашему ЧФБР.
– А если люди не признаются?
– Хочешь, знать, как мы получаем признание? Я покажу!
Браун нажал кнопку и сразу же вокруг пояса Майкла, запястий и лодыжек затянулись ремни, а руки и ноги онемели. В глаза засветила яркая лампа.
Это было подло и как удар под дых. Майкл дернулся, пытаясь сорвать ремни, но получит такой удар током, что его на полминуты парализовало.
– Наверное, в детстве ты был слабым, тщедушным ребенком и завидовал спортивным ребятам, – подумал Майкл про Терминатора в бессилии.
Если бы не скверная ситуация, в которую он попал, Майкл засмеялся бы из–за несоответствия внешнего вида и прозвища этого человека, но сейчас ему было не до смеха.
А Гад Браун обыскал Майкла и не найдя в карманах ничего интересного, безуспешно попытался снять с его запястья браслет-компьютер, потом посмотрел на часы и начал допрос: – Мистер Кондор, вы и ваши сообщники обвиняетесь в заговоре против Американского народа. От лица правительства США предлагаю Вам добровольно сознаться в ваших преступлениях и во всех подробностях рассказать о вашей Антиамериканской деятельности.
– Пошел вон! – Майкл попытался, было, вырваться, но тут же, опять получил удар тока, от которого в голове сверкнула молния, а сердце бешено заколотилось.
– Не пытайся увиливать от ответов Майкл, и смотри на меня, – завизжал Терминатор, – иначе я тебя изжарю.
– Я не зная, о чем вы говорите, – заявил Майкл. Он чувствовал себя беспомощно, и ему стало страшно.
– Не виляй Майкл, у нашей организации много работы и этот вопрос мы должны закрыть сегодня.
Засмеявшись и показав острые зубки, он начал философствовать: – Наша организация исповедует три принципа: первый – каждый гражданин имеет право сотрудничать со службой безопасности, второй – каждый обязан сотрудничать со службой безопасности, и третий – нет таких тайн, которые были бы нам недоступны. Сейчас я тебя расколю.