Выбрать главу

Хотя не все здесь блистало золотом и драгоценностями.

Экспонат в этой витрине выглядел вполне заурядно: какое-то механическое приспособление, размером со старую пишущую машинку, похожее на медный ящичек. На верхней крышке виднелось множество кнопок, а с боков торчали стержни и рычаги. Устройство казалось неуместным среди окружающей роскоши.

Тесс откинула волосы назад и склонилась ближе к витрине. Она собиралась открыть каталог, когда над ее размытым отражением в стекле выросло другое.

— Если ты все еще ищешь Святой Грааль, я тебя разочарую. Здесь его нет, — раздался голос за ее спиной.

И Тесс, хотя и не слышала его много лет, но узнала раньше, чем обернулась.

— Клив! — Она повернулась лицом к бывшему коллеге. — Тебя каким ветром сюда занесло? Отлично выглядишь!

Последнее вряд ли было правдой. Хотя ему едва ли исполнилось пятьдесят, Клив Эдмондсон выглядел совсем стариком.

— Спасибо. А ты как?

— Я в порядке, — кивнула она. — Как нынче жизнь у гробокопателей?

Эдмондсон продемонстрировал ей свои руки:

— Разорюсь на счетах за маникюр. А в остальном все как встарь. Буквально. — Он хихикнул. — Слышал, ты теперь в институте Манукяна?

— Угу.

— И как?

— О, замечательно, — ответила Тесс.

И опять соврала. Получить работу в престижном институте Манукяна было для нее большой удачей, но что касается самой работы, дело обстояло хуже. Однако такие вещи держат при себе, тем более в мире археологии, полном сплетников и завистников. Она поискала нейтральную тему для разговора.

— Знаешь, я скучаю по прежней работе с вами.

Он слегка улыбнулся, показывая, что не обманывается на ее счет.

— Не много потеряла. Мы так и не попали в газетные заголовки.

— Не о том речь, просто… — Она обвела глазами выставленные вокруг сокровища. — Вот хоть бы одно такое. Хоть одно. — Она вдруг понурилась, взглянула на него. — Ну почему мы ни разу не нашли ничего по-настоящему стоящего?

— Э, я еще не потерял надежды. Это ты променяла верблюдов на письменный стол, — уколол он. — Я уж не говорю о мухах, песке, жаре и кормежке, если это можно так назвать.

— О господи, кормежка! — Тесс рассмеялась. — Спасибо, что напомнил. Пожалуй, я уже легче переношу разлуку.

— Знаешь, никогда не поздно вернуться.

Тесс поморщилась. То же самое она частенько повторяла про себя.

— Вряд ли. Во всяком случае, пока не выйдет. Улыбка Эдмондсона стала слегка натянутой.

— Имей в виду, у нас для тебя всегда найдется лопата, — сказал он без особой надежды.

Оба неловко замолчали.

— Слушай, — добавил он, — в Египетском зале устроили бар, и бармен, похоже, сумеет смешать пристойный коктейль. Позволь тебя угостить.

— Ты иди, я к тебе позже присоединюсь, — сказала она. — Только дождусь Ким с мамой.

— Они здесь?

— Угу.

Клив всплеснул руками.

— Ого! Три поколения семейства Чайкин — на это стоит посмотреть.

— Тебя честно предупредили.

— Буду иметь в виду, — уже на ходу кивнул он. — Позже найду тебя. Смотри, не бросай меня.

У входа даже воздух был наэлектризован. Оператор перебегал с места на место, отыскивая лучшую точку съемки, скороговорка комментаторши тонула в аплодисментах и выкриках зевак. Шум усилился, когда невысокий коренастый мужчина в коричневой форме охранника покинул свой пост у дверей и заторопился навстречу всадникам.

Оператор издали уловил, что что-то пошло не так. Целеустремленная походка охранника и его красноречивые жесты выдавали недовольство.

Оказавшись перед всадниками, охранник вскинул руку, преграждая им дорогу. Рыцари натянули поводья. Лошади фыркали и били копытами, всем своим видом показывая, как неудобно им останавливаться на ступенях.

Кажется, начинается спор. Односторонний, отметил оператор, потому что всадники словно не замечали вставшего у них на пути охранника.

И тут один из них перешел к действиям.

Неторопливым, почти театральным жестом ближайший к охраннику рыцарь, сложением настоящий медведь, потянул из ножен меч и поднял его над головой, вызвав фейерверк фотовспышек и взрыв аплодисментов.

Он замер, сжимая занесенный меч обеими руками. Не дрогнув.

Приклеившись одним глазом к видоискателю, оператор вторым глазом ловил боковые планы и вдруг заморгал, заметив новый поворот событий. Он поспешно нажал кнопку крупного плана, увеличив лицо охранника. Что же оно выражает? Смущение? Недоумение?

И тут он узнал это выражение.

Страх.

Толпа словно взбесилась, дико орала, рукоплескала. Оператор инстинктивно убрал крупный план, пытаясь поймать в кадр и всадника.