Иногда я брала ее на свои репетиции. Она брала свои задания на дом, и тихонько ожидая меня, делала их. В такие моменты рядом с ней мог появиться Сэм. Его она уже знала неплохо.Они познакомились еще тогда, когда я вместе с Сэмом навещала ее в больнице приюта, и вроде как поладили между собой.
Последующих два месяца прошли для меня очень быстро, я бы даже сказала, молниеносно пролетели. Я снова посещала репетиции, периодически давала показания полиции по расследованию смерти Тристана, и проходила проверки по опеке над Джен. Всё было как обычно днём, но вечера теперь стали совсем другими – мы с Джен ходили на пляж, оформляли для неё комнату, всё своё свободное время я посвящала девочке.Ну и Сэм, теперь стал частым гостем у нас.
Я стала замечать, что уже не так болезненно и не так часто думаю о Питере, хоть и был звонок от Вернона. Питеру сделали операцию успешно, и теперь он адаптируется. Но о себе ему я больше не напоминала. Ему сейчас не до меня. Да и… нужен ему мой звонок, это же я призналась ему в люблю...а он отверг меня.
Все мои мысли больше стала занимать Джен, куда бы я могла её свозить, что интересного показать, в какую школу отдать или чему научить. Моя жизнь стала снова окрашиваться яркими красками и хорошими событиями.
Родители мне помогали с Джен. Конечно, я и не пыталась сразу стать для неё хорошей мамой, мне многому предстояло научиться. Но именно Джен показала мне, что я могу быть сильнее, для неё и ради неё.
И конечно же, Сэм всегда был рядом и всегда поддерживал меня и помогал. Не сознавая сама этого, я стала к нему относиться иначе. Он стал ближе, роднее, необходимее. Его душевное тепло и забота не осталась нами с Джен незамеченными.
Я стала теплее к нему относиться, мои барьеры постепенно стали рушиться, и стена отдалённости и холодности пала.Не знаю, может я просто привыкала, что он всегда рядом, но у меня были к нему чувства противоречивые и непонятные мне самой. С одной стороны, Сэм всегда рядом и готов во всем меня поддержать, и мне было хорошо рядом с ним, а с другой стороны «бабочки так и не взлетали», сердце не трепетало, а находилось в полном покое и гармонии.Одно, в чём я была уверена, это в том, что поддержка Сэма и забота о Джен, мне помогли смириться с тем, что с Питером мы не будем вместе никогда.
Жизнь продолжается. Надо двигаться дальше. А Пит… он остался в прошлой жизни и в моих, редких, теперь уже воспоминаниях. Нас жизнь развела в разные стороны, и пусть так и будет. У меня теперь есть для кого жить… не подозревая, насколько напророчу этими словами своё будущее и насколько сильной мне придётся стать. Не для себя и не для Джен, как я думала.
Всё произошло спонтанно и быстро:. вот я говорю с подругой, слышу её звонкий смех, на заднем фоне слышен голос Макса… а потом проходит всего какая-то неделя и всё… Звонок Вернона… Авария… Макс…
Глава 14
Питер
Стучусь. Открываю дверь в кабинет доктора .
- Можно?
- Да. Да . Прошу Вас, проходите Питер, - Фрэнсис Никсон кивнул ,- присаживайтесь. Одну минутку, прошу подождать, мне нужно закончить с…- и снова повернулся к монитору своего компьютера. Что-то напечатав, он отодвинул клавиатуру в сторону. Сняв очки, и отложив их на стол, доктор внимательно посмотрел на меня.
- Ну вот что, Питер. Я изучил все ваши показания, - затем немного помедлив, выдохнул и продолжил, - я не хочу вас обнадеживать Питер.
- Ваш случай будет нелёгкой задачей для нас. Мы работаем со спортсменами и военными, и у нас есть хорошие результаты их восстановления, но ваши ранения – они слишком стары. Осколки, застрявшие в мягких тканях, у вас достали, но вот осколок, застрявший в вашем позвонке, так и не извлекли. Этот осколок необходимо извлечь, Питер. Так же есть проблема с нервными окончаниями. От них идёт очень слабый сигнал, хоть Вы и старались поддерживать ваши ноги специальными упражнениями и массажами. В вашем случае необходимо хирургическое вмешательство и нейростимуляция.
Вам предстоит пройти долгое лечение в несколько этапов. Вам сделают 2 операции. Первую операцию мы проведём непосредственно на вашем позвоночнике, извлекая осколок, а далее уже при местной анестезии поставим нейростимулятор. Это по сути, вмешательство в Ваш мозг – и головной и спинной. В задние отделы позвоночного канала, над оболочками спинного мозга устанавливается специальный электрод. В послеоперационном периоде с помощью внешнего стимулятора производится так называемая тестовая стимуляция и мы будем за вами наблюдать, как будет проходить адаптация. При хорошей переносимости под кожу мы имплантируем нейростимулятор – генератор электрических импульсов, который в течение нескольких, обычно 4-7, лет автономно будет осуществлять терапевтическое воздействие. Когда и ЕСЛИ, хочу это подчеркнуть, Вы полностью восстановитесь, мы сможем нейростимулятор убрать. – Он немного отодвинулся и открыл выдвижной ящик стола. Достав несколько сколотых листов бумаги, он протянул их мне.