Отсутствие сна за последние сутки сказывались жуткой усталостью во всем теле, но когда по нему волной прокатилось возбуждение, моментально принял решение, где останусь. Аманда раздевалась дальше, продолжая меня дразнить.
- Ты меня дразнишь, - я повернулся к двери, закрывая ее на замок. Мой нейростимулятор не справлялся с приступами боли, но таблетки, которые мы купили и я выпил до отлёта, ещё действовали, и я рассчитывал на свои силы.
Отставив трость, я быстро избавился от уже тесных брюк и пиджака с рубашкой. Последними были боксеры. Когда я спустил их вниз, Аманда, блуждая по мне взглядом, закусила губу.
- Я хочу… - она подошла ко мне, оставшись в одних трусиках, и стала опускаться вниз. Когда я понял, что она хочет, то поймал её за подбородок, а потом, переместив руки ей на плечи, поднял назад.
- Пойдём в душ.
Ступая под теплую струю, она вышагнула из тонких кружевных трусиков. Я шагнул следом, и девушка притянула меня к себе, поцеловав. Теплая вода расслабляла, женские блуждающие руки заставляли член всё больше твердеть.
Быстро оценив обстановку, что здесь не за что держаться, я взял мочалку и гель для душа. Быстро намылив себя и Аманду, я так же быстро смыл мыльную пену и выключил воду. Немного ошарашенная, Аманда потянулась за полотенцем, но я вышел из душа мокрый, и потянул её за собой, к стиральной машине.
Опираясь спиной о машину, я прижал Аманду к себе, медленно опуская ее вниз.
- Теперь… здесь… ты можешь… - я хрипло прошептал в предвкушении.
Она опустилась вниз, взяла мой член в руку и провела по нему вверх-вниз, я издал протяжный стон. Твою мать, как долго я мечтал об этом.
А потом она опустила голову и припала своим сладким ротиком, плотно обхватив головку губами. Она еще раз провела рукой по плоти, оттягивая ее, и взяла глубже. Затем несколько раз провела вдоль язычком и начала посасывать, втягивая всё глубже.
Я шумно, со свистом выпустил воздух из легких. Напряжение внутри меня достигало апогея. Крепко опираясь одной рукой о стиральную машину, второй я держал её за затылок.
Ее горячие влажные губы и язык сводили меня с ума. Перед глазами начинало все плыть. Наверное, я держал себя до последнего в узде, но сейчас во мне будто что-то щелкнуло. Я знал, что она моя, и я могу с ней сделать такое.
Остановив её, понимая, что до конца осталось совсем немного, я поднял её к себе, нежно поцеловав и заглянув в глаза.
- Прости, сейчас я не буду с тобой нежным, позволь мне … - Она с опаской глянула на меня. – Не бойся, я не сделаю больно, просто доверься.
Я развернул её к стиральной машине, и прогнул в спине. Я понимал, что теряю контроль над собой, но в этот момент, то, что мной руководило, было сильнее меня.
Я взял ее сзади. Грубо. Врезаясь толчками в горячую плоть и впиваясь пальцами в нежную кожу у неё на бедрах. Мне срывало крышу. Ревность, отчаяние и желание обладать этой женщиной повергли меня в неконтролируемое состояние.
Я грубо трахал любимую женщину, чувствуя ту власть, которую она дала мне над своим телом.
Шлепки от соприкосновения наших тел разносились эхом по ванной. С тяжелым дыханием она стонала, и я чувствовал, как ее плоть пульсирует и начинает сжиматься вокруг моей.
У нее стали подкашиваться ноги, но для меня было еще рано.
От получаемого удовольствия я хотел продолжать дальше, но Аманде нужна была передышка. Я вытащил член из ее плоти и развернул девушку лицом к себе, жадно целуя, властно шаря руками по телу, сминая груди. Снова опустил ее вниз, к своему члену, который она покорно взяла в рот, а в ладошку мошонку и стала делать поглаживающие движения.
Как же это действовало на меня. Я был на грани и только отчасти мог что-то контролировать. Удовольствие волнами накатывало по всему телу и даже на таблетках, я был не способен удержаться на ногах.
- Пойдем в комнату, - вырвалось вместе с шипением сквозь сжатые зубы, Аманда усмехнулась. Взяв полотенце, она обтерлась им на ходу, отдавая мне, и села на кровать. Приложив к себе полотенце и смахнув лишнюю воду, я отбросил его в сторону, нависая над Амандой. Она подвинулась к подушкам. Это мне было и нужно. Развернув ее лицом в подушки, я навалился сверху, собрав прекрасные рыжие волосы, которые мне снились, в кулак, а второй рукой прижимая ее запястье, войдя в неё глубоко, насколько мог.
Толчок за толчком, я грубо с напором врезался в неё. Опустившись над нею и повернув ее лицо к себе, я жадно впился в её губы. Да, я хотел эту женщину всю, без остатка.
От мощных толчков Аманда стонала подо мной. Ее глаза закатывались, а пальцы с силой сжимали простынь до треска. Когда ее мышцы снова стали сокращаться, я уже не останавливался, а только шептал ей на ушко разные нежные слова, доводя до края безумия.
Она прогнулась в спине и потянулась ко мне, накрыв ладонью мой затылок. Я поцеловал ее, вбирая в себя крик, накрывающего ее оргазма.
И сам я был уже на пределе. Она еще пульсировала вокруг меня, когда я сделал несколько толчков перед разрядкой. Ощущения были невероятные. То, чего я давно не ощущал – покалывание, начавшееся в позвоночнике, а затем, прокатившееся до самых пят. Мы оба тяжело дышали.
Абсолютно не контролируя себя, на пару секунд, возможно, я даже отключился. И только когда контроль вернулся ко мне, я вышел из Аманды и перекатился на бок, рядом с ней.
Протяжно выдохнув и потянувшись, как кошка, она открыла полусонные глаза, заморгала и как-то изучающе на меня посмотрела.
- Ты вернулся, - проговорила девушка с придыханием, - тот, прежний Питер, до того боевого задания. Ты же был с женщинами именно таким, да?
Я поцеловал ее в плечо и, повернувшись на спину, уставился в потолок. Я скрывал это в себе, но неподконтрольное во мне состояние сидело и ждало своего часа, и с этим я ничего не мог поделать. Я был именно таким, до задания. Уже сидя в кресле, я научился терпеть и любить.
- Да Аманда, я такой. Был таким, до появления в моей никчемной жизни тебя. Я желал того, чего мне было не суждено иметь. Но ты… - я повернулся к ней и поднялся на локте, заглянув широко распахнутые глаза, - ты научила меня любить. А звонок Вернона и лечение в реабилитационном центре мне подарили возможность не только мечтать. - Она улыбнулась, на глазах проступили слезы, и я придвинулся к ней ближе, нежно вытирая слезы с её щёк. – Эй, эй, чего ты маленькая моя? Всё же хорошо.
- Не знаю, - она начала смеяться, покачав головой - какой-то переизбыток эмоций. Я сейчас просто счастлива, вот так лежать рядом с тобой и мне до сих пор не верится в происходящее.
- Я тебе еще успею надоесть со своими россказнями, - я поцеловал её в лоб и мимолетно уловил время на часах. - Возможно, это выглядит не совсем пристойно, но завтрак в кругу семьи, нами пропущен.
Аманда лениво обернулась к будильнику.
- Мы поедем в банк?
- Да, напишешь эту чертову расписку и после обеда на самолёт.
Спустившись вниз, мы еще застали родителей Аманды в холле, собирающихся уходить. Договорившись о встрече за обедом, все разошлись. Мы с Амандой прямиком отправились в банк, где она написала отказ от распоряжения счетами Тристана Корса, а затем Аманда позвонила своему балетмейстеру и сообщила, что больше к труппе Тристана Корса не имеет никакого отношения. С Сэмом я заставил её не медлить и по телефону ему всё объяснить, не встречаясь. Я больше ни минуты не хотел её с ним делить и был безмерно счастлив, что она оборвет свои отношения и с Корсом и с этим танцором.
Заехав в пару ювелирных магазинов, мы купили кольцо для помолвки, а затем прошлись по магазинам за чистой одеждой для меня. Аманду нужно было силком вытягивать оттуда, как же она разошлась в подборе мне нового гардероба – все эти бесчисленные рубашки, брюки, костюмы. Только время, незаметно подбиравшееся к нашему рейсу, заставило её остановиться.