Дубровский замолчал, словно вспомнил что-то плохое. Парни не стали ни о чем спрашивать и дальше они шли молча. Через некоторое время в конце тоннеля показался бледный круг. Станция. Не сговариваясь, путники остановились.
— Теперь так, — говорил Дубровский глядя в сторону станции. — Я пойду вперед, гляну. Как бы мои «друзья» там каких штучек в тоннеле не поставили.
Он двинулся дальше по тоннелю. Некоторое время они видели его силуэт. Дубровский рывками передвигался по тоннелю, осторожно застывая через каждые несколько шагов. Вот он постоял немного возле выхода из тоннеля, а затем забрался на платформу станции.
— Что думаешь? — тихо спросил товарища Веник.
— Пока не знаю, — также тихо ответил тот. — Признаюсь, мне он нравится. Но странно как-то все это. Он крутой мужик и непонятно, с какого перепугу он решил тут голову сложить. Ну, это, ладно. Ты скажи, Серега, тебе точно так в Альянс надо?
Веник удивленно посмотрел в темноте на товарища:
— Ты к чему это спрашиваешь? — насторожился парень.
— Да я к тому, что если там и правда золото? Что, если его взять и сделать ноги на поверхность. Я слышал, там золото ценится.
— Не-не, — сразу вырвалось у Веника. — Я уже это проходил, там, на поверхности. Деньги это не главное. Вдвоем мы там не уцелеем. Да там не то, что вдвоем, а вдесятером хрен выживешь. Нет, я только в Альянс и тебе тоже советую. Зачем дурака валять?
— Ладно, — согласился товарищ. — В Альянс, так в Альянс.
Вдали темная тень скользнула с перрона на рельсы и двинулась к ним.
Серафим сперва вскинул ствол автомата, а затем опустил его.
К ним приблизился Дубровский и присел рядом.
— Вот какая диспозиция, парни. Эта станция пустая. Как я и думал, все ублюдки на другой, по соседству. Но есть и плохие новости. Там, на входе, труп. На лестнице, еще один.
— Ну и? — спросил Серафим.
— Дело в том, что я узнал одного из жмуров. Это мудак из кампании моих «друзей». Он из охраны Института. Работал простым вахтером. Я же говорю, они лохи и кого попало на это дело брали.
— Ну и что? — не понял Серафим.
— Да то, что они не стали бы стрелять своих. По крайней мере здесь. В этом я уверен! Поэтому, господа, есть у меня подозрение, что здесь что-то не то происходит. Я уже говорил, что мои ребята лохи и возможно, что кто-то еще кроме меня узнал про их дела. Но странность в том, что лучше всего перехватить этот груз на поверхности, когда они будут перекладывать его на лодки. Зачем кому-то понадобилось этот «Золотой поезд» здесь захватывать, непонятно.
— Ну, допустим, — сказал Веник. — Что это меняет?
— Меняет то, что я рассчитывал, что придется лезть на лохов, а тут может оказаться кое-кто посерьезнее. И вообще, очень странно все это. Я и ожидал, что на них нападут, но никак не в Метро. С точки зрения любого профессионала, нападать на них в тоннелях — глупость несусветная! Странно все это очень!
— Послушайте, — сказал Веник. — А не может так быть, что и тут Диаметр? Ну, дружки тех типов, с «Каховской».
Дубровский пожал плечами:
— Маловероятно, — проговорил он, — но если и так, то я не удивлюсь.
— Вот что, — сказал Серафим. — На соседней станции вы были?
— Нет.
— Так надо глянуть, а потом решить.
— Хорошо. Идем.
Все вместе они двинулись дальше. Когда они уже достигли платформы станции, Веник увидел лежащее на рельсах тело. Серафим направил на труп луч фонаря, осветив молодого еще парня с длинными волосами. Он лежал лицом в тоннель, в нелепой позе, раскинув руки и ноги, словно хотел убежать со станции в тоннель, но пули его догнали.
Веник отвел взгляд и посмотрел на станцию. «Каширская» оказалась обычной станцией с двумя рядами прямоугольных колонн. На некоторых из них еще остались панели из серого камня. Стена за рельсами оказалась выложенной белой кафельной плиткой, большая часть которой давно уже осыпалась.
Все вместе они вылезли на перрон и осторожно выглянули из-за колонн в центральный зал. Веник увидел в центре зала лестницу, шириной почти на весь зал, которая поднималась наверх, под потолок зала, а затем поворачивала влево, и над противоположной платформой входила на другую станцию.
Там же, над путями светило несколько ярких ламп на треногах. Веник заметил, что от них, в сторону другой станции тянулись тонкие провода.
— Вот что, ребята, — тихо сказал Дубровский. — Я вообще-то вас не держу. Вот эта, вторая линяя, ведет на нужную вам «Красногвардейскую». Если хотите, можете идти.