— Что думаешь? — поинтересовался тот.
— Тянут время, — сказал Веник. — Будем ждать.
Бывший ангел, соглашаясь, кивнул.
Дубровский сделал несколько шагов в центральный зал и, широко расставив ноги, стоял там, наблюдая за жизнью станции.
Как и на других станциях Альянса, здесь также царило оживление. Все куда-то спешили с умными и целеустремленными лицами. Неподалеку стояла кучка женщин, которым объясняли, что они сейчас пешком отправятся на другую станцию.
Минут через десять послышалось слабый гул.
Мотовоз, — привычно понял Веник.
К ним подскочил Ефим со своей свитой. Роман и его парни тоже оживились.
Еще не зная, что будет, Веник почему-то почувствовал, что сейчас все выяснится и определится.
Из тоннеля, ведущего к «Площади Ильича», выехал большой мотовоз, который замедлил ход и остановился рядом.
Сразу же, на перрон из кузова начали выбираться люди. Веник заметил Рашевского.
Почему-то сильно застучало сердце.
«Вот оно! — понял парень. — Сейчас-то все и выяснится. Только что? Ясно, что сюда советник не случайно прибыл».
В этот момент, Веник узнал одного из мужиков, вылезающих из кузова.
Саныч! Человек Полковника!
Вот оно что, понял Веник. Решили воочию убедиться, что я, это я. Идиоты…
Знакомый мужик с поверхности, улыбаясь, сразу же направился к парню.
— Здорово, Вениамин, — он протянул руку, которую тот вяло пожал. — Вот ты, оказывается, где!
Мужик начал с интересом разглядывать станцию.
На лице советника, который внимательно наблюдал за ними, отразилось сильное облегчение.
Он подошел к Венику и увлек его в сторону.
— Понимаешь, какое дело, — смущенно говорил он, глядя в пол. — Я верил тебе, Вениамин. Говорил, что верю тебе… Но ты сам понимаешь ведь, что творится. Нужно было убедиться, что все чисто! Вплоть до самой мелочи! Чтобы потом себя не ругать и не терзаться сомнениями!
— Я понимаю, — кивнул парень.
Короткая вспышка злости прошла, и он даже был благодарен советнику, что тот не стал мудрить и изворачиваться.
— Послушайте, Советник, — тяжело вздохнув, сказал он. — Выпустите вы нас на «Павелецкую» или нет?
— Конечно! — вскинулся тот. — Сейчас все, Вениамин! Все!
Он посмотрел на Романа:
— Отдай им оружие, — приказал он.
Тот, не пререкаясь, вернул всем трем их пистолеты и фонарики. Серафим и Дубровский начали осматривать свое оружие, но Веник же, почти не глядя, сунул полученный револьвер, патроны и фонарик в карман.
Рашевский тем временем говорил Ефиму:
— Что там? Все готово?
Тот кивнул:
— Сейчас, наверное, там все готово. Мужики уже должны собраться.
— Идем!
Всей толпой, вместе с Санычем они двинулись по залу. Веник и советник шли впереди всех.
— Вот что, Вениамин, — взахлеб говорил тот. — Сейчас все по-другому! Забудь про все плохое, что здесь у тебя было! Теперь ты, именно ты — главный человек в Альянсе! Если бы не ты!.. Вот посмотри, — он показал на людей в зале, которые с интересом наблюдали за их шествием. — Все они, все до одного, обязаны жизнью только одному человеку — это тебе!
Парень досадливо вздохнул. Эти дифирамбы нисколько его не тронули. Он вспомнил слова Дубровского и сказал:
— Главное будет там, на поверхности.
— Нет! — оживленно возразил Рашевский. — То, что будет, это будущее. А будущее делается сегодня! Без сегодня не будет завтра, а без тебя не было бы сегодня! — убежденно произнес он. Видимо ему и саму нравилось произносить такие напыщенные речи.
Разговаривая таким образом, они поднялись на мостик над путями и покинули «Свободу» войдя в пешеходный переход на другую станцию.
Несколько раз им встречались посты с вооруженными людьми, но завидев советника, все ему кивали и их пропускали без всяких вопросов.
Миновав переход и лестницу, их шествие оказались на другой станции, где они двинулись по центральному залу между мощных пилонов, сложенных из светлого камня с двумя горизонтальными коричневыми полосами в их средней части.
На неплохо освещенной станции оказалась очень много народу. Люди, кучками и по отдельности толпились в главном зале, в проходах и на платформе. Ясно было, что это беженцы из других частей Метро. Между пришлыми сновали люди Альянса.
— Альянс перед тобой в неоплатном долгу! — убежденно говорил советник.
Веник бросил рассеянный взгляд вперед и вдруг сильно удивился. Впереди, метрах в пятнадцати, стояла… доктор Саша. Мало того, рядом виднелся Андрюха Бурый, который оживленно с ней переговаривался.