— Да нет, — возразил ему кто-то из задних рядов. — Пусть ответит.
В это время кто-то тронул Веника за локоть. Он взглянул и чуть не вскрикнул. Рядом, в черном халате стоял один из его знакомых по Тамбуру — мастеровой Аркаша. На рукаве у того красовалась синяя повязка с буквами АР.
— Здорово, Веня, — обрадовано он сунул ему руку, которую бледный Веник немедленно пожал.
В Тамбуре, Аркаша, как и все мастеровые, не замечал парня и тем более, никогда руки не подавал. Но тут же, по всей видимости, обрадовался, встретив земляка.
— А я думаю, ты или не ты, а это ты, — улыбаясь, говорил он.
— Да я это. А ты, Аркаша, оказывается, тоже тут?
— А то! И не только я.
— Так это твой дружок? — спросил у мастерового седовласый.
— Ага, — ухмыльнулся тот.
— Из новеньких, значит… — сказал один из мужиков, стоящий рядом со стариком.
Веник не успел открыть рот для ответа, чтобы поддакнуть, как подозрительный старик спросил:
— А почему у тебя повязка уже красная?
Парень в очередной раз окаменел от страха. Он понял только одно — нельзя молчать и мямлить, иначе последуют вопросы, которые его потопят.
— Потому что я ее заслужил! — стараясь придать голосу возмущение, ответил парень. — Я на «Спортивной» больше года ее зарабатывал! На среднем горизонте с плывунами боролся, по колено в воде, супесь откачивал! Вот почему!
— А скажи… — задумчиво начал старик, но Веник с возмущением воскликнул:
— А ты молодец, папаша! Знаешь с кого спрашивать! Почему у меня, а не у них спрашиваешь???
— У кого, «у них»?
— Сам знаешь у кого! Спросил бы, за что они Малова арестовали! И когда еда будет? И за что они Фуфайкина прямо на трибуне кончили?
— Как кончили? — удивился высокий парень с длинной шеей. — Фуфайкина? Когда?
Народ рядом загомонил.
— Да вы чего, не знаете?
— Проснулись!
— Вся «Боровицкая», говорят, в крови…
Послышался голос человека-жабы:
— Они нас там давят, как клопов, а мы тут друг друга мутузим!
Часть мужиков сразу резко развернулись и двинулись в сторону центра станции. Веник тоже пошел туда, увлекая за собой Аркашу.
— Слушай! — восхищенно шепнул тот. — А чего ты тут нёс? С какими плывунами ты боролся?
— Я тебе сейчас все расскажу, только…
Они достигли переходов-лестниц, ведущих на «Боровицкую». Тут уже собралась толпа. Часть мужиков, идущих рядом, сразу повернула на лестницы.
Аркаша вдруг крикнул кому-то, в зал:
— Илья!
Веник заметил, что к ним направляется еще один знакомый по Тамбуру — мастеровой Илья. У того тоже синяя повязка на рукаве.
— О! — изумился тот, протиснувшись через толпу и заметив Веника. — Никак Веня? Здорово!
Он тоже первым протянул руку для пожатия.
Быстро оглянувшись, Веник увидел, что подозрительного старика рядом нет. Поэтому парень увлек мастеровых между пилонов на платформу, под мост, где никого не было. Сверху, с переходов доносился гул голосов.
Мастеровые забросали парня вопросами, но тот, пообещав все объяснить, сам насел на них с расспросами. Те с удовольствием рассказали свою историю.
Из их рассказа Веник узнал, что когда в результате предательства Рекуна, воины Диаметра захватили оба «Парка Культуры», то многие тамбуровцы попали в плен. Однако не всем повезло. Кое-кого убили, кто-то пропал без вести, а были и такие, про которых говорили, что им удалось отступить вместе с Альянсом.
Аркаше и Илье повезло. Их взяли в плен на «Верхнем Парке». Узнав, что они мастера, их отправили сюда, где они своими умениями очень быстро завоевали авторитет и теперь числились кандидатами в полноценные члены Красного Диаметра, без обычного в таких случаях испытательного срока.
— Кстати, — ухмыляясь, говорил Аркаша. — А ты знаешь, где сейчас Рекун?
— Где?
— Он теперь заведует охраной «Нижнего парка»!
Веник досадливо хмыкнул.
— Дослужился-таки, упырь…
— Ага! Там все его дружки тоже на станции пристроены. Мы только сегодня утром об этом узнали. У нас ведь тут такая катавасия идет…
Лица мастеровых посерьезнели.
— Ну, а ты-то как здесь оказался? — спросил Илья.
Веник тоже посерьезнел. Он воровато оглянулся, не подслушивает ли кто, и, понизив голос, сказал:
— Мужики, тут такие дела — не поверите! У меня к вам базар серьезный! Только есть тут, где поговорить спокойно?
Он посмотрел на мастеровых многозначительным взглядом.