— Ну, может он с Диаметра? — неуверенно предположил Веник. — Вон, — он показал на схему. — «Боровицкая» как раз на этой линии.
— Это да, — согласился товарищ. — Но ты и посмотри, где Диаметр, а где «Севастопольская». Зачем им в такую даль переться, когда здесь Диаметра сроду не было? Нездоровая тут канитель заваривается…
Двинувшись дальше, парни достигли следующей станции.
Веник почувствовал слабую дрожь. Ему тоже было интересно, что тут, на этой «Севастопольской», раз люди на нее сбегаются. К тому же, именно отсюда им предстояло перейти на другую линию.
Перед выходом на станцию, они немного задержались в тоннеле, пока Серафим глазел на схему Метро. Веник же на карту смотреть не стал. От вида станций и линий, которые еще предстояло пройти, у него кружилась голова.
Вместо этого, он посмотрел в сторону станции. Из тоннеля он видел, что там зал с двумя рядами колонн и неплохо освещенный электричеством. Также доносился гул голосов, указывающих, что на станции много народу. Никакого мотовоза на путях не наблюдалось.
— Идем, — тронул его Серафим.
Парни миновали последние метры перед станцией и выбрались на перрон. Как они и подозревали, на станции оказалось весьма многолюдно. Вдоль двух рядов колонн сидели кучками люди. Веник заметил много женщин измученного вида. Рядом с некоторыми возились дети.
В середине зала парень увидел лестницу, ведущую наверх. Почти такую же, как на «Верхнем парке», но только со стенами по краям. Наверху маячили несколько вооруженных типов. Там же, сверху горели несколько ламп, которые освещали эту часть станции.
Глядя на лестницу, Серафим сказал:
— Странные ребята. Не понятно, что там охранять. Ну ладно, сделаем так, Серега. Ты иди на ту платформу, а я здесь останусь. Пройдем до конца станции. Сперва глянем, что здесь за народец, а потом попробуем побазарить с чуваками на лестнице.
Не возражая, Веник кивнул. Он перешел на другую, узкую платформу и двинулся по ней, обходя сидящих людей, многие из которых даже и не думали посторониться. Завидев парня, они недовольно ворчали что-то вроде «хотят тут всякие!»
Приблизившись к лестнице, он неожиданно заметил, что Серафим медленно направился по ступенькам наверх. Веник остановился, из-за колонны наблюдая за товарищем, который почему-то изменил свой план исследования станции.
Тот, поднявшись по ступенькам, обратился к двум парням наверху. Только сейчас Веник обратил внимание, что у обеих красные повязки на руках.
— Интересно, — пробормотал Веник. — Значит тут все-таки Диаметр. Но почему?
Тем временем Серафим что-то сказал одному парню. Тот отрицательно покачал головой. Бывший ангел повернулся, чтобы идти назад, как его окликнули. Серафим обернулся. Диаметровец что-то сказал ему и вдруг рванул с плеча автомат.
— А ну стой! — заорал он на всю станцию. — Руки!!!
«Во, блин!» — ошеломленно подумал Веник, совершенно не понимая, что там происходит.
С растерянностью и досадой он наблюдал, как товарищ поднял руки. На площадке показались еще двое мужиков с автоматами. Они обыскали Серафима, изъяв пистолет и нож, после чего повели его куда-то в сторону. Судя по всему, на другую станцию. На площадке над ступеньками остался только один диаметровец.
«Ну, классно! — от отчаяния Веник чуть не стукнулся головой о колонну. — И что теперь мне делать?»
Тут же в голову пришел ответ:
«Надо вызволять его! Гадом буду, если не вытащу его! Но как это сделать?! У меня и оружия-то нет!» — тут же подумал он.
Несмотря на героические мысли, реальных идей о том, что делать, совершенно не имелось. Голову словно ватой набили. Парень решил зря не мучить мозг, а пока осмотреть станцию. Обойдя лестницу, он, медленным шагом двинулся по перрону, направляясь к дальней стороне станции.
Глава 15
Благородный разбойник
Как и на уже исследованной части станции, свет здесь давали несколько ламп наверху лестницы, поднимающейся в переход с этой стороны.
В зале, между колонн, тоже кучками сидели люди. При взгляде на них, на ум приходил один термин — беженцы. Какие-то серые люди, сгорбленные пожилые мужики в рванье; забитые и испуганные женщины, держащие в обнимку жалких детей, многие из которых хныкали. Все держались кучками и о чем-то тихо переговаривались, так что под сводами станции висел тихий гул, словно все эти люди молились вслух.
Люди сидели во всем зале, вплоть до его темного конца, до грубой стены, сложенной из разнокалиберного кирпича. Вероятно, раньше тут находились эскалаторы, но теперь доступа к ходу на поверхность не было. Разве что оставались несколько темных отдушин в верхней части стены.