«Это что, „Комсомольская“ что ли? — удивился Веник. — Они-то как здесь оказались?»
— Это ты стрелял? — поинтересовался у бородача кудрявый тип в плаще.
— А кто же еще?
— Пройдем с нами.
— Пойдем.
— Обыскать!
Один из вооруженных мужиков, повесил автомат на плечо и подступился.
Веник с напряжением смотрел, что будет. Однако, Дубровский, со спокойным лицом поднял руки. Мужик похлопал его по телу, полез под куртку и извлек револьвер. Его он подал кудрявому, а затем продолжил осмотр, вытащив из карманов горсть патронов и небольшое, странное устройство, в виде куска прямоугольного темного стекла, которое могло уместиться в ладони.
— А это у тебя откуда? — резко спросил кудрявый.
— Оттуда, — спокойно отвечал Дубровский.
Кудрявый напрягся. Несколько мгновений он словно бы колебался, а затем проговорил.
— Ну, пойдем, уж, — пробормотал он нерешительно.
Веник подумал, что стоит бородатому настоять и этот тип его отпустит. Однако Дубровский, спокойно сделал шаг вперед, сложив руки за спиной.
Все они повернулись, чтобы уйти. Веник, еще не веря, что про него забыли, перевел дух, но тут раздался голос одного из добрых мужиков напротив.
— А этот тоже с ним был! — крикнул тот, указывая на парня.
Арестовавшие бородатого остановились. Кудрявый посмотрел на Веника:
— Ты тоже с ним? — спросил он.
По его тону, парень понял, что стоит сказать «нет» и его оставят в покое. Он покосился на Дубровского, который стоял, внимательно глядя на него.
— Да, — неожиданно для себя сказал Веник. — Я с ним.
— Федя, проверь, — кивнул кудрявый тому мужику, который обыскивал бородатого.
Обыскивая Веника, тот извлек из его кармана черный фонарик.
— А это откуда? — снова поинтересовался кудрявый, мрачно глядя то на фонарик, то на Веника.
— Тоже оттуда.
— Ну, идем…
Кудрявый почему-то тяжко вздохнул, и все они двинулись по платформе в сторону лестницы.
Дубровский уверенным шагом, держа руки за спиной, с поднятой головой и расправив плечи, шагал по платформе. Рядом слышались голоса сидящих людей:
— Повели их, убийц…
— Душегубы!
— Да сколько же можно убивать!
Тут до парня начало доходить его положение.
«Ну что я за идиот! — думал он. — Зачем сказал, что я с ним? В благородство решил поиграть? Угрохают нас тут и все дела. Этот Дубровский, он псих, а мне-то это зачем?»
Они поднялись по лестнице на площадку, повернули в сторону и сразу же оказались перед лестничным пролетом, который привел их на платформу другой станции, поднимаясь на нее посредине центрального зала.
«Это, значит, „Каховская“», — сообразил Веник, разглядывая новую станцию.
Ничего особенного она не представляла. Такая же, как и «Севастопольская». Зал с тонкими, ограненными колоннами из темно-красного камня. Не чета величественным станциям Кольцевой линии. Интересно было только то, что эта станция находилась прямо поверх «Севастопольской», пересекая ее под прямым углом.
Вокруг никого. Только пустой зал, освещенный ярким светом.
Они направились на одну из служебных платформ, отделенную от тоннеля металлической сеткой.
Кудрявый постучал в одну из дверей под тусклой лампочкой и заглянул внутрь.
— Игорь Николаевич? Можно?
Он распахнул дверь, шагнул внутрь и сделал знак, чтобы за ним шли остальные. Веник, оказавшись в ярко освещенной комнате, осмотрелся. Обычная комната. Несколько столов, шкаф с пустыми полками. На полу разбросаны картонные папки и листы бумаги.
За одним из столов, на котором тоже лежали бумаги, несколько пистолетов и стояла пара стаканов, сидел здоровый мужик с большой лысиной. За другим столом восседал узкоплечий мужик средних лет, в коричневой куртке и кожаной широкополой шляпе.
«У этих, красных повязок нет», — отметил Веник.
— Это чего? — поинтересовался лысый.
— Вот, — робким голосом доложил кудрявый. — Убили троих внизу. Вот это нашли у них.
Он выложил на стол вещи, изъятые при обыске.
— Они оттуда, — пояснил он, преданно глядя на мужика.
— Обыскали?
— Конечно.
— Молодец! Идите! Мы тут с ними сами потолкуем.
Кудрявый и двое громил покинули комнату.
— Ну? — лысый обратился к бородатому. — И откуда вы такие?