Я поднял свою светящуюся монету и последовал за её лучом, чтобы начать спускаться по скользким камням в темноту.
Когда мы дошли до первого поворота, Нифения сказала:
– Подожди. Где Рейчис и Айшек?
Она повернулась, но я взял её за руку и повёл дальше по туннелю. Я был почти уверен: белкокот что-то задумал.
– Они догонят нас через минуту. Ты, наверное, не захочешь видеть, чем они занимаются.
– Не вешай это на меня! – громко жуя, невнятно откликнулся белкокот у входа в туннель. – Если бы кто-нибудь накормил нас в гостинице, сейчас нам не понадобилась бы закуска.
Как оказалось, отсутствие подходящих закусок было меньшей из проблем Рейчиса.
– Никогда не думал, что закончу свои дни, застряв в лабиринте, – проворчал он мне. – Я планировал более благородную смерть, знаешь ли.
– Да? Какую, например? – спросил я, освещая быстро меркнущим светилом ещё один сырой проход впереди.
Мы с Фериус ошиблись насчёт того, что к храму ведёт обычный туннель. Под тщательно спроектированными улицами Мебаба находились остатки гораздо более древнего города, жители которого наверняка умерли с голоду, заблудившись в лабиринте улиц. Эти улицы как будто поворачивали назад через каждые несколько кварталов. Хуже того, поскольку всё лежало в руинах, мы могли пройти несколько десятков ярдов по какому-нибудь проходу – и обнаружить, что он завален обломками. Мы поворачивали назад в поисках обходного пути, но попадали в очередной тупик.
– Я тут умру, – пробормотал Рейчис.
Айшек весело тявкнул.
– Заткнись, – отозвался белкокот и добавил: – Тупая гиена.
Я вытащил карту, которую дал мне Путь Горных Бурь, надеясь, что где-то на запутанном маленьком плане есть некий ключ к тайному проходу, ведущему в храм. Но в крошечных линиях ничто не указывало на скрытый вход.
– Келлен, ты в порядке? – спросила Нифения. – Ты потеешь.
– Я в порядке. В полном порядке, правда. Это лучшее время в моей жизни.
Три года назад, незадолго до того, как покинуть дом, я оказался в шахте под нашим городским Оазисом. Именно тогда я впервые обнаружил, что ненавижу замкнутые пространства.
– Стены не кажутся крепкими, – заключил Рейчис, царапнув одну из них когтями. – Ещё немного – и какая-нибудь рухнет на нас.
– Прекрати её царапать! – рявкнул я.
Он шумно вдохнул.
– Воздух спёртый. Скорее всего, сперва мы задохнёмся.
– Заткнись, Рейчис.
Он снова принюхался.
– Совершенно уверен, что чую крыс. Множество крыс. Бьюсь об заклад, тут есть и крокодилы.
Одна из странных черт Айшека – способность имитировать всё, что он слышит. Он решил продемонстрировать это сейчас, точно скопировав голос Рейчиса и повторив:
– Тут есть и крокодилы.
Рейчис подпрыгнул так, как будто челюсти, полные зубов, вцепились ему в хвост. Когда он приземлился, вся его шерсть стояла дыбом.
– Ты не помогаешь, – упрекнула гиену Нифения.
Айшек ответил смеющимся тявканьем, вышагивая вокруг Рейчиса.
– Не могли бы вы все помолчать? – спросил я, вытирая пот со лба. – Я пытаюсь найти путь в храм.
Я продолжал смотреть на карту, снова и снова ища то, чего (теперь я в этом не сомневался) там не было. У меня всё расплывалось перед глазами, лёгкие трудились усерднее, чем полагалось, чтобы втянуть воздух. Остальные, казалось, были в порядке, значит, просто моя клаустрофобия взяла надо мной верх. К сожалению, когда на меня такое находит, это сбивает Рейчиса с толку и он начинает искать причины моего беспокойства.
– А ещё тут воняет гнилью. Воняет голокожими. Воняет сточ…
– Может, хватит? – яростно прошептал я. – Я пытаюсь найти путь, по которому пошли голокожие, когда они…
– В чём дело? – спросил Рейчис, встревоженный моим изумлением. – Ты что-то видел? Крокодила?
Белкокот завертел головой, уверенный, что его вот-вот перекусят пополам.
– Что такое с Рейчисом? – спросила Нифения.
Я опустился на колени и схватил его за шиворот, чтобы он на меня посмотрел.
– Ты сказал, что чуешь голокожих, верно? Скольких?
Белкокот зарычал на меня, потом пожал плечиками.
– Всего несколько не до конца развеявшихся запахов. Думаю, сюда проникает не так уж много…
Его маленькие глазки-бусинки как будто засветились, на пушистой коричневой мордочке появилась улыбка.
– Эй, Келлен?
– Да?
– Я только что придумал блестящий план.
– Я использую твоё обоняние, и мы пойдём по следу зловонного голокожего, пока запах не приведёт нас прямиком в храм?
– Нет, дурачок. Носы белкокотов слишком утончённые, чтобы отслеживать голокожих, когда вокруг такая вонь. – Он подошёл к Айшеку и запрыгнул ему на спину. – Но гиены не обращают на вонь внимания.