– Я хотела сказать, с неоценимой помощью некоего дьявольски красивого белкокота.
Остальные аргоси как будто готовы были хотя бы обсудить эту идею, но идущая Путём Водяных Лилий она не впечатлила. Женщина повернулась к остальным.
– Два едва обученных тейзана не от мира сего и пара непослушных животных? Вот кого идущая Путём Дикой Маргаритки заставила бы нас послать на встречу с Богом?
– Если он и вправду Бог, – выразила сомнение Фериус, – именно их я бы и послала.
– Как и я, – добавила миниатюрная женщина с чёрными как смоль волосами.
Идущая Путём Изумрудных Ступеней начала обходить Нифению, Айшека, Рейчиса и меня, словно мы четверо были неким экспериментальным изобретением.
– Немного силы, немного хитрости и ещё кое-чего… чего-то непредсказуемого.
– Слово, которое вы ищете, – дружба, – сказал я.
Раньше мне никогда не приходило такое в голову, но аргоси на самом деле не заводят друзей. Даже Фериус, несмотря на её любезность, держала остальной мир на расстоянии. Я поймал на себе её пристальный взгляд и более чем когда-либо осознал, какой драгоценной и неожиданной была наша дружба.
Идущая Путём Водяных Лилий оглядела комнату. Думаю, она оценивала, где стоят остальные, прикидывая, что произойдёт дальше. В конце концов она вскинула руки вверх.
– Да будет так. Давайте возложим наши надежды на Путь Бесконечных Звёзд. Самое худшее, что теперь может случиться, – он умрёт, и тогда остальные смогут найти другой путь.
После этого комната довольно быстро опустела. Я попытался остаться наедине с Нифенией, но у неё и Айшека были другие дела.
– Я уже несколько недель не мылась, – объяснила она и резко ткнула пальцем в Рейчиса. – И никаких комментариев от вас, господин.
Белкокот был так потрясён, что в кои-то веки смолчал. Нифения прижала руки к моей груди.
– Я знаю, что мы давно не виделись, Келлен, и это неловко, и… А, чёрт бы всё побрал.
Она обвила мою шею и притянула к себе, чтобы поцеловать.
Иногда она так делала. Просто целовала меня внезапно, без предупреждения, без объяснений и уж точно без обещаний.
Она была такой застенчивой девочкой, когда мы оба были посвящёнными джен-теп. Я понял, что её поведение в последнее время куда больше мне импонирует.
Кто-то за моей спиной кашлянул. На мой взгляд, в тот момент это граничило с оскорблением.
– Простите меня, – сказал высокий, неприятно красивый парень, называвший себя Путём Горных Бурь. – Я надеялся поговорить с Путём Бесконечных Звёзд.
Нифения чмокнула меня в щёку.
– Увидимся через час. Как только совсем стемнеет, мы должны отправиться в путь.
И она опять исчезла.
– Извините за вмешательство, – сказал Путь Горных Бурь, с трудом скрывая ухмылку.
– Чем могу помочь, Буранчик? – спросил я, жестом приглашая его присоединиться ко мне за одним из столов.
Прозвище заставило его вздрогнуть.
– Думаю, я сам напросился. – Он сунул руку во внутренний карман куртки и достал игральную карту. – Тебе она пригодится.
– Дискорданс? – спросил я.
Он пододвинул ко мне карту через стол.
– Не совсем.
Я перевернул карту и увидел замысловатый рисунок из шести кругов, каждый чуть меньше другого. Внутри кругов было полно замысловатых линий, поворачивающих туда-сюда, почти как лабиринт. Мне понадобилась секунда, чтобы понять, на что я смотрю.
– У тебя есть карта храмового шпиля?
– Теоретически.
Я посмотрел на него через стол, чтобы проверить, не шутит ли он.
– Шпиль не открывали для верующих уже много веков, – пояснил он. – Только для верховных визирей и их асабли – это слепые слуги, которые носят священные тексты визирей и переворачивают для них страницы.
Я и забыл, что визирям запрещено прикасаться к страницам своих кодексов из страха их осквернить.
– Разве асабли не набираются из берабесков, которые рождаются не только слепыми, но и немыми? – спросил я.
Буранчик кивнул и улыбнулся.
– Но они, конечно, любят выпить, и хотя нельзя сказать, что они становятся болтливыми, когда пьют, у асабли есть собственный язык.
Его пальцы дёрнулись, проделав несколько едва уловимых жестов, которые заставили мои руки потянуться к футлярам с порошками, прежде чем я понял, что он не творит заклинание.
– Значит, ты нашёл слугу визирей, готового выдать тайны самого священного храма? – спросил я.
Буранчик рассмеялся.
– Думаешь, мне пришлось найти только одного? Келлен, каждому визирю разрешён вход лишь на один из этажей, и, если бы я попытался вытянуть хоть у одного асабли, как туда попасть, он бы меня раскусил.