Без разницы.
Маг замер. Этот голос… внутри него самого? Совсем не похоже на то, что называют «диалогом самим с собой». Хотя интонации вполне знакомые. Лука потёр виски:
— Наверное, усталость.
Гнусный смешок, раздавшийся в голове, уж точно не мог принадлежать самому Лукрецию.
Если судить по всем признакам, юный маг явно сошёл с ума — это отлично объясняло чужой голос в голове, да и странное видение мёртвой сестры. Эта теория казалась Луке гораздо более привлекательной, чем другая. В которой он был одержим.
«Когда-то магистр Гохр уже пытался вселиться в меня, вытеснив меня из моего же тела. Тогда ему это не далось. Но Енох… Енох бы справился».
— Но я всё ещё осознаю себя. Я всё еще Лукреций Горгенштейн. Не Енох…
… И не Тобиас Гохр.
Вот теперь он узнал этот голос. Это был действительно магистр. В его голове. Мерзко и отвратительно, но не так ужасно, если бы это был Енох.
Стоило Луке об этом подумать, как перед глазами вспыхнула картинка. Худой скуластый человек с длинными светлыми волосами мечется внутри огромной клетки. Рот его дёргается, как будто он что-то говорит, точнее вопит, но из клетки не доносится не звука.
Ты сам его туда посадил. Мои поздравления, мальчик. Хотел бы я сказать, что ученик превзошёл учителя, но ты ведь и сам понимаешь, что я мало чему тебя научил.
Лука опустился на колени, закрывая ладонями лицо, пытаясь хоть что-то вспомнить. Он был в своей квартире, затем появилось это невидимое чудовище. А затем… затем что?
Лишь только сон, в котором Тати говорила, что он смог победить Еноха. Но он не чувствовал себя победителем. Он чувствовал себя больным и усталым, и голос магистра в его голове, а также странные образы, всплывающие из сознания, не могли придать ему оптимизма.
Нужно вернуться домой. Наплевать на алтарь енохианцев, наплевать на Шелгор. Всё, что хотел сейчас Лукреций, это вернуться в тёплую постель. И воды. Очень хотелось пить.
Хотя слушать голос в голове было не слишком хорошей идеей, но нужного направления он действительно не знал, поэтому просто побрёл по дороге в одну из сторон.
Первая телега проехала спустя полчаса. Маг попытался было её остановить, но видимо его внешний вид не внушал доверия или уважения, и в результате его чуть не затоптали.
Когда третья повозка проехала мимо, не остановившись, Лука в достаточной степени был зол, чтобы нарушить школьные правила и применить заклинание вне Орхана, да и ещё при обычном человеке.
Под ноги следующей лошади, волокущей на себе загруженную повозку, полетела иллюзия, заставившая лошадь резко остановиться, а её хозяина завопить, исполняя отвращающий знак. Пока возничий приходил в себя, Лука уже успел подойти и вцепиться в узды лошади, не давая шанса вновь бросить его посреди дороги. Та хрипела, нервно перебирала копытами и испуганно вращала глазами, но не вырывалась, хотя Лука скорее не держал лошадь, а почти сам висел на ней.
— Тут зм-мея огр-р-ромная, — заикаясь, произнёс возничий. — В человеческий рост з-з-меюка.
— Неа, нет тут змеи. Зато есть я. Я хуже, — угрожающе ответил ему Лукреций.
Хозяин повозки наконец заметил, что странный бродяжка был одет как ученик столичной магической школы. Это его неожиданно успокоило. Орханцев в городе побаивались и не любили, но ничего дурного за ними уже давно замечено не было. А этот так и вовсе выглядел безобидным — мальчишку едва ли не шатало от слабости.
— Вы маг? — уже нормальным голосом спросил торговец. — Вы зачем лошадь пугаете, молодой господин?
— Чтобы… не проехали мимо. Где столица?
— Там, — махнул торговец рукой как раз в ту сторону, куда брёл Лука. — В сутках езды.
— Подвези, — то ли попросил, то ли приказал Лукреций. А затем, порывшись во внутреннем кармане куртки, достал серебрушку и протянул извозчику. — Вот, должно хватить. И попить бы что-нибудь.
Выпив половину кувшина кислого эля, который вёз с собой извозчик, и умяв ломоть хлеба, Лука заснул на огромных мешках с зерном, не обращая внимание на неудобство и дорожную тряску. Когда торговец его растолкал, они уже въехали в город, и стояли у рыночных складов. Вполне удачно — от квартиры было не так уж далеко. Вяло поблагодарив хозяина повозки, Лука побрёл домой. В этот момент он совсем не думал, какой приём мог ждать его там. Мелькнула мысль о том, что когда-то он хотел предупредить Делию об опасности, но тут же исчезла. Если Гохр сдал и её, то помочь ведьме он уже не в силах. Впрочем, Лука сомневался в этом.
— Эй, ты, кукла! Ты ведь здесь?