— Послушай, Лейла, или как тебя там… может тебе поискать спутника поинтереснее, чем я? Вот, к примеру, мой брат — который маг. Чем не кандидатура?
Вспомнив Лукреция, Ави загрустил ещё сильнее. Младшенький, чернокнижник… и как проглядели, не увидели? И действительно ли не увидели? Августин не так уж часто в последнее время захаживал в родительский дом, тем более когда отец был дома, но не заметить, как сблизились Лука и святоша Лавель, он не мог. Значит ли это, что Лавель знал об особенности Луки? Знал, и умолчал, пожалев малолетнего преступника. В этом был весь он. Точно также когда то благочестивый братец покрывал шалости его самого, надеясь, что он исправиться. Не исправился, лишь увяз в грехах ещё больше, и близнецов потянул, и Луку, как оказывается, подставил.
В дверь тихо, но настойчиво постучали, заставив Ави испуганно вздрогнуть. Гостей Горгенштейн не ждал, тем более ранним утром. Лисица подняла голову, и недовольно заворчав, потрусила к двери. Мазнула по ногам Ави длинным хвостом, а затем начала скрести порог, требуя открыть дверь. В дверь снова постучали, теперь уже нетерпеливее.
— Кто? — хрипло спросил Ави, сжимая в вспотевшей руке нож, и пытаясь отогнать лисицу, при этом её не коснувшись.
— Августин, открой.
Не успел Лука занести руку ещё раз, как был втащен в комнатушку и теперь висел на руках отчего то разгневанного брата.
— Как ты меня нашёл?!
— С помощью магии, конечно же.
Лука вырвался и пытаясь сохранить достоинство, поправил воротник. Глаза его брезгливо обежали тесную и грязноватую каморку, а затем остановились на присевшей у ног Августина лисицы. Тёмные брови его взмыли верх.
— Это что ещё такое?
— Не узнаёшь? Точно, ты же её не видел. Это лента… точнее, тот артефакт. Чёрт, глупо звучит. В общем, именно этот зверь виноват в том пожаре.
— Вот значит как? — с любопытством пробормотал Лука и совсем не думая о последствиях, протянул лисице руку.
Что им в тот момент двигало, он едва ли мог сказать. Обычно молодой маг был очень, очень осторожен с животными — вплоть до того, что обходил собак на поводке по кривой дуге. Но погладить это явно дикое, и возможно весьма опасное магическое животное казалось ему сейчас более чем естественным.
Лиса явно была с ним не согласна, вцепившись пастью, полной острых белых зубов, в ладонь Луки. Тот вскрикнул, попытался её стряхнуть, но добился лишь того, что та сжала челюсти ещё крепче. По бледной коже потекли ручейки крови.
— Ави, сними её, черт возьми!
Тот попытался было схватить животное за туловище, но как только Ави коснулся мягкой шерсти, по его телу тут прошла судорога и он упал.
— Не могу, — сквозь стиснутые зубы простонал Ави. — Она не даётся!
По лицу Луки протекли слёзы боли. Казалось, его кисть жгли заживо, плавя мясо и превращая кости в угольки. Боль невозможно было терпеть. Свободная рука Лукреция, окутанная клубящейся тьмой, коснулась лисицы, и тьма потекла по её шерсти, придавая меху причудливую окраску.
«Красиво», — подумал Лука, прежде чем вырубиться.
Очнулся он уже на кровати, скорчившись у самой стены, тогда как в его поясницу упирались чьи-то смертельно-холодные ступни, не давая шелохнуться.
— Август, убери свои ноги, — прошипел Лука, пытаясь оттолкнуть чужое тело.
— Даже и не подумаю.
Голос почему-то раздался издалека. А значит, в кровати с Лукой лежал кто-то другой.
Стараясь не поддаваться внезапной панике, Лука осторожно повернул голову, и так и замер.
Ребёнок — на вид лет одиннадцати-двенадцати. Русые, с рыжеватым отливом волосы, острое личико с узким подбородком, и тощее тельце, завёрнутое в одеяло. Хотя судя по высунутым наружу конечностям, раскинутым сейчас в разные стороны, ребёнок был абсолютно голый.
— Это что за пацан? — хриплым от изумления голосом спросил Лука.
— Это девочка, — мрачно ответил Августин. — Точнее, самка. Твоя магия превратила лисицу в человека.
— Моя..? — удивлённо спросил Лука, аккуратно выбираясь из кровати. Ребёнок пошевелился во сне и свернувшись клубочком, недовольно засопел.
— Твоя, твоя, чернокнижник хренов.
Лука дёрнулся как от удара.
— Да что ты говоришь, — зашипел он, и тут же осёкся, встретившись с серьёзным взглядом брата. Августин знал о секрете Луки. — Как давно?
— Недавно.
— Сам?
— Подсказали.
Лука поёжился, не смея встретиться взглядом с братом. Ещё совсем недавно он не видел в своём таланте ничего ужасного, но поучившись в Орхане, и наслушавшись ужасающих историй тёмного магистра Гохра, Лука уже не мог остаться столь беззаботным. Тёмных магов ненавидели, и было за что. Лавель смог если не понять, то хотя бы примириться со страшным даром брата, но сможет ли это сделать Августин?