— Я не мог, — наконец сказал Лука. — Я просто не умею так делать. Очевидно, моя магия, и возможно, моя кровь, что-то активировала при прикосновении к этой твари, и произошёл спонтанный переворот.
Лука взглянул на пострадавшую ладонь. К его сожалению, следы зубов так и не исчезли магическим образом, как он надеялся.
— Её Лейла зовут, — вздохнул маг.
— Её?
— Эту тварь. Мне так сказала та, кто подсунул артефакт. И она же упоминала о тебе. Во что ты вляпался, Лукреций?
— Я?! — возмутился Лука. — Это ты умудрился связаться с Куско, а затем убить его, и это тебя разыскивают по всей столице! Следователь приходил к нам в дом, и он, уж не знаю как, начал подозревать меня!
Ави схватил Луку за плечо и встряхнул его:
— И ты не нашёл ничего лучшего, чтобы прийти ко мне? С дубу что ли рухнул?! За тобой могли следить!
Видимо, их громкие голоса разбудили Лейлу. Она заворочалась, и откинув одеяло, потянулась, обнажая тощую, ещё мальчишескую грудь. Лука, обернувшийся на звук, густо покраснел, и резко отвернулся.
— Да прикрой ты её!
— Да было бы на что смотреть, — насмешливо фыркнул Ави, но к ребёнку подходить не стал. Мало ли что, вдруг она и в него вцепиться. Достаточно и того, что он не оставил Лейлу мёрзнуть без сознания на полу, а перенёс её на кровать.
Задвинув за спину Луку, мошенник неловко улыбнулся лисице:
— Эм-м-м. Лейла, ведь так? Ты понимаешь меня? Я Августин, а это мой непутёвый младший брат Лукреций.
Девочка вперила тёмные, в пол лица глаза в Ави, и кивнула.
— Я знаю, кто ты такой. Ты мой слуга.
Голос Лейлы оказался совсем детским, высоким и тонким, с незнакомым Августину говором.
— Сл-л-луга? — заикаясь, спросил Ави. — Почему слуга?
— Я убрала твоих врагов, а ты теперь тысячу лет будешь служить мне, — с серьёзностью, кажущейся в детских устах смешной, заявила Лейла.
— Он столько не проживёт, — глухо сказал Лука, искоса поглядывая на неодетую девчонку пару годами младше его. И дейсвительно, нечего смотреть, но неприлично же…
— Да? — с искренним расстройством произнесла лисичка. — А ты?
— А я — может быть. Бывали случаи, когда маги умудрялись на столетия продлить свою жизнь.
— Но ты неинтересен, — разочарованно вздохнула Лейла. — У тебя кровь невкусная, и пахнешь ты странно. Как и ада-Махран.
Лука украдкой себя обнюхал. Нормально он пах. Только утром мылся.
— Тебе, наверное, магия во мне не нравится. Хотя и не очень понятно, почему. Судя по всем, ты именно на неё и среагировала, когда превратилась в человека. А кто такой ада-Махран?
— Махран — мой папа. «Ада» ведь это и означает, — как дураку, ответила ему Лейла и босыми ногами протопала к камину, сунув любопытный нос в очаг и разочарованно вздохнула — в нём не осталось ни уголька.
— Значит, Махран — тоже маг? — заинтересовано спросил Лука, и не выдержав, сказал: — да оденься уже! Раз ходишь в человеческом обличии, будь добра и вести себя как человек!
Лейла обижено махнула пушистым хвостом, единственно не исчезнувшим после превращения, но всё же натянула на себя сюртук Ави, небрежно оставленный на скамье.
— Есть хочу. Принеси, — приказала она опешившему мошеннику и вновь продолжила разговор с Лукой, как ни в чём не бывало: — Ада-Махран был величайшем магом. И ада любил Лейлу. Он заботился обо мне, и кормил, и вычёсывал шёрстку. И дал Лейле слуг, которые носили меня на мягкой бархатной подушечке, чтобы я не поранила лапки. А потом ада обидел Лейлу, заковав её своей магией. Если ты попытаешься сделать это со мной, маленький вонючка с горькой кровью, я сожгу тебя заживо.
Лука поспешно закивал, бросив отчаянный взгляд на Ави. Угроза отчего-то действительно пугала.
— Ну же, накорми её, пока она не разозлилась, — зашипел он брату.
— Почему я?
— Ты же слуга, не я. Не слышал что-ли?
— Но магия то, сломавшая артефакт, а затем превратившая в человека — твоя. Вот и разберись с ней… Хотя… — Ави бросил взгляд на нетерпеливо ёрзающую на скамье лису, и сказал нарочито громко: — Давай-ка оба сходим за дровами.
Накинув плащ с капюшоном, скрывающим лицо Ави в достаточной степени, чтобы его не узнали старые дружки и неприятели, мошенник выволок брата из дома.
— Ты ведь не собираешься сбежать от своей «хозяйки», а? — запыхавшись, поинтересовался Лука. — Сдаётся мне, что это плохая идея. Она сможет найти тебя где угодно.